- Трус! Я думала, ты хороший, а ты действительно урод. У тебя голова калечная! Видеть тебя не хочу. А вы все придурки!
Она развернулась, оттолкнула одного из парней и кинулась прочь.
- Птичка улетела! - заржал Тим. - С кем же теперь наш калека будет целоваться? Девушки от него убегают. Может, он сам баба? Парни поучим его обращаться с дамами?!
Он схватил Гордона за рукав, и тут в душе щуплого калеки что-то сломалось, ярость, безмолвно копившаяся годы, вырвалась наружу. Гордон перехватил руку Тима и тут же резко ударил его под дых. Тим, не ожидавший сопротивления, согнулся, его дружки мгновенно облепили Гордона, удары посыпались со всех сторон, но он не чувствовал боли, только безграничную злость и желание убивать.
- А-а-а-а! - заорал он, как когда-то в детстве, и сомкнул пальцы на шее врага.
Парни пытались его оттащить, били, но Гордон не отпускал хватки. Тим упал, глаза его закатились, руки начали дергаться, скребя асфальт. Гордон душил его, не ведая жалости. Конвульсии Тима начали затихать, тело почти обмякло, когда из машины, все это время стоящей около сквера, вышел невысокий атлант в великолепном костюме, на лацкане которого сиял золотой дракон. При виде незнакомца парни отпрянули в стороны, на земле остались лишь Гордон и его жертва.
- Довольно, отпусти его! Ты победил.
Голос у атланта был глухой и властный, таким голосом хорошо читать заклинания или отдавать команды. Он нагнулся и одним легким касанием нажал точку у Гордона где-то между шеей и плечом. Рука повисла как плеть, дышать стало больно. Отпустив Тима, Гордон схватился здоровой рукой за плечо, с ужасом уставившись на незнакомца.
- Встань! - приказал тот.
Гордон поспешно поднялся. Вся одежда у него была запачкана грязью, лицо и руки в крови.
- Держи! - атлант протянул ему чистый платок и указал на лежащего Тима. - Тебе не стоит его убивать. Если он умрет, ты сядешь в тюрьму из-за смерти подонка. Там калеке не выжить.
- Я убил его!? - Гордон с ужасом посмотрел на тело, злость отступила, разум медленно возвращался к нему.
- Нет, он жив. - Успокоил атлант. - Ты повредил ему горло, теперь он будет сипеть до конца своих дней. Ты дрался как безумный. Ты готов убивать. Такие слуги мне нужны!
Гордон испугался:
- Кто вы? Что вам от меня нужно?
- Я ар Данир Сетх. - Представился атлант. - Возможно, тебе кое-что нужно от наших специалистов. Ты хочешь иметь здоровую ногу, ты хочешь стать сильным? Ты готов за это служить?
- Да. Я все сделаю! - твердо выпалил Гордон.
- Тогда садись.
Атлант распахнул дверцу машины. Гордон сел в нее и навсегда уехал из дома, из района, где жил, из всей своей прошлой жизни.
Он действительно стал сильным. Никто не узнал бы в крепком спортивном мужчине с волевым лицом доходягу Гордона. Он изменил свою природу, вернее, ему помогли ее изменить. Он стал уникальным в своем роде. Его стали звать Койрой.
Через три года он приехал домой. Ключ не подошел к входным дверям, незнакомая хмурая женщина сообщила ему, что теперь здесь живет их семья. Мать Гордона полгода как умерла. Койра поблагодарил ее, спустился этажом ниже и минут пять постоял у окна. Его удивило, что известие о смерти матери не вызвало в нем никаких чувств, ни одной слезы. Будто это была чужая мать, не его. А ведь и верно, чужая! У Койры нет матери, его создали в лаборатории, а бедный урод Гордон уже давно умер. Койра стал преданым слугой и собакой ар Данир Сетха. Койре плевать на все человеческие радости и горести. Чтобы проверить это, он пошел к дому Филы и два часа просидел на скамейке, поджидая ее. Наконец, из дома вышла полная рыжеволосая женщина с коляской. Койра как следует рассмотрел ее: излишне полные ноги, низкий зад, Бледные губы и дурацкая стрижка. Что он в ней находил? На мгновенье их взгляды встретились, она не узнала его, поспешно увозя ребенка гулять. Кто отец малыша, Койре было совершенно все равно. С прошлым было покончено. Он встал и пошел по своим делам. Он рад был служить ар Данир Сетху.
Официантка прервала его воспоминания, возвращая к реальности. Она плавно подошла к его столу и поставила блюдо с дымящимся окороком, украшенным овощами и зеленью, а затем согнулась в низком поклоне.
- Желаете что-нибудь еще, господин?
Койра не удержался и ущипнул ее за бедро. Она даже не пискнула, привыкла. Вся обслуга "Чертога желаний" получала надбавку за возможную грубость клиентов.
- Пока ничего не хочу. Иди!
