Порфирий Арчибальдович за весь рейс изъявлял желание покинуть свою каюту всего раз пять, не больше. Мы, разумеется, соглашались — что мы, звери, что ли? К тому же, лишняя компания не помешала бы. Вместе играли в настолки, пили чай и расспрашивали про былые подвиги. Многого он не рассказывал — скорее какие-то смешные истории про Франтишека и Ярмолку, которые казались, скорее, какими-то нелепыми сказочными персонажами, нежели реальными бандюганами. Мне даже захотелось найти их родственников — или их самих, вдруг они ещё живы.
С Галиной он практически не пересекался, лишь один раз позволил себе пошлые высказывания вроде «я вижу ангела, упавшего с небес» и «вашему тестю зять не нужен». Всё оставшееся время он сидел в подвале и играл в десятки видеоигр, оставшихся на консоли Цсофики.
— Представляете!!! Вышли «золотые драконы» — тридцать пять! И «Тайные пещеры» — сорок! И «Узурпатор-эксплуататор» — тридцать восемь. Я ещё в четвёртые играл.
Как мало, оказывается, нужно для счастья столетнему «старику».
В предварительно захваченном каталоге «Пятьсот самых мрачных и непристойных заведений в Новгородской Иерархии» обнаружилось кафе корейской кухни в Мурманске. Располагалось оно в квартале беженцев из Альянса Планет — оказывается, и такое бывает. Сотню лет назад, в аккурат после открытия коридора, на незанятом острове Мурманска плюхнулся транспортник с планеты Манчестер. То ли гражданская война у них случилась, то ли какой-то конфликт интересов в ходе континентального переселения, в общем, из одиннадцати миллионов за четыре года по бездорожью из другого конца Рукава сюда долетело всего пять. Двенадцати национальностей, восьми идеологических конфессий… Такое несколько раз было и с Челябинском, но так далеко — зачем? Чего бы им было не запросить убежища в Суздальской Империи — при всей строгости, капиталистической коррупции и лёгком национализме такие скромные одиннадцать миллионов они бы уж точно расселили. Но нет — из одной антиутопии улетели в другую.
Собственно, нас это мало интересовало. Интересовало другое — в файлике каталога упоминалось, что в этой кафешке подают точно такую же «габу», что и должны были везти мы. А значит, наконец-то было с чем сравнить оригинал.
— Значит так. Я с Ильичом остаюсь на орбиталке. Вы трое высаживаетесь в ближайшем порту и производите дегустацию. Но только быстро!
Мне было и радостно и боязно одновременно — оказаться в самом мрачном районе незнакомой державы, оставив папашу с единственным средством спасения на орбите казалось тем ещё приключением.
Когда спустились на челноке, в районе оказалось уже десять часов вечера. Район напоминал худшие азиатские кварталы, в которых мне удалось побывать — безликие чугуниевые небоскрёбы, криво накиданные с орбиты из океанских принтонных заводов, бесконечный ряд лавок, велорикши, гравирикши, нищие, строй солдатов-хоругвеносцев в балдахонах с огромными погонами и исполинскими голограммами над головой, прославляющими Космогоническую Церковь. Тут же — расклеенные на столбах бумажные объявления о тайных религиозных приходах Истинно-Верного Культа, странные голографические бумажки с полуголыми девахами и казино.
Особо понравилась бумага, зазывающая стать «Генералом нового континентального государства на Дальнем Востоке». От кандидата требовалось лишь наличие припринтера, воздушного флаера и небольшого запаса принтонов, за что ему обещался «личный полуостров в пять тысяч квадратных километров с тремя сотнями рабов». Правда ли это, и что за феодально-рабовладельческий режим на той планете — оставалось только гадать. Впрочем, подобные порядки были в ряде регионов и вполне цивилизованной Бессарабии.
Кафешка нашлась не сразу, её полуподвальное помещение оказалось огромным. Кто здесь только не сидел — боди-модификанты, генные исполины, ребята из секты синекожих, дельфиноголовые, доисторические хиппи-веганы — в общем, тот ещё зоопарк.
— Что желаете? — подскочил официант. — У нас большой завоз свежей человеческой крови, от лучших поставщиков, любая группа, очищенная, без болезней, очень рекомендую наш фирменный коктейль…
— Э… Нам, пожалуйста, чаёчек, — взяла в свои руки инициативу Галина. — Стоп, что⁈ Человеческая кровь? Серьёзно?
— Давай по одной, Галечка? — Арсен подмигнул. — Как в тот раз, да? Можем заказать, если хочешь!
— Что⁈ — я посмотрел на них, и они лишь через секунду рассмеялись.
А я чуть было не поверил — после увиденного обнаружить в составе экипажа двух вамп-модификантов было совсем не удивительно.
— У вас есть Габа Чида-Душ-Ень? — наконец спросила Галина.
— О, да, конечно! Свежая контрабандная поставка, в фирменном самораспаковывающемся чайничке! Настоящий оригинал. Вам с распаковкой, или без?
Конечно, мы выбрали с распаковкой — надо же было сравнить. Вышло это нам в сто сорок червонцев — как моё недельное жалование.
