В Париже развили бурную деятельность по поиску жилья для Аспасии, регистрации моей торгово-транспортной компании и поиска прислуги. После тщательных поисков понял, что ничего, чтобы меня и тётю устраивало, мы не найдём. Зато после небольшой взятки в 100 фунтов приобрели, хороший пустой участок около Булонского леса на берегу реки Сены. Участок размером вышел чуть более трёх гектаров. За него я выложил 20 тыс. английских фунтов. Как нас "просветили", это территория войдёт в состав города только через 2–3 года, если всё будет по плану. Земля на окраине Парижа, хоть и не входящая в черту города, была ужасно дорогая. На снижение цены сыграл и наш династический статус. Власти Франции сейчас были очень обеспокоены выездом богатых и знаменитых из страны в Америку и в свои колонии. Переводом их капиталов в связи с кризисом в стране. Возможно, обычным гражданам участок и не продали бы. Или намного дороже. А тут в надежде на привлечение в страну, пусть нищего и маленького, но всё же династического рода продали земельный участок.
Так же договорились со знаменитым архитектором Пьером Жаннере о строительстве дома с пристройками, забором, маленькой пристанью и участком дороги под "ключ". Будет там и место где можно и на лошади совершить небольшую прогулку. В общем, будет всё, что соответствует статусу моей тёте. Составили договор с архитектором, по которому я уплатил аванс в сумме 3 тыс. фунтов. Потом мне ещё придётся заплатить 12–17 тыс. фунтов. Пока точно архитектор сказать не мог. Зато небольшая вилла должна получиться отличная. Помня, что Париж будет захвачен и частично разрушен, вкладываться в слишком хорошее здание я посчитал нецелесообразным. А лет через 10 мы её продадим. А может, и нет. Посмотрим, как пойдут мои дела. При проектировании виллы я выдвинул несколько условий. Одно из них, это не опускаться в ультрамодный безликий модернизм, а больше придерживаться греческой классики.
Сейчас мне пришлось снять тёте целый этаж трехэтажного дома на полгода с условием продления аренды, если нам это будет нужно. Увы, но за это тоже пришлось заплатить, и немало. И это с учётом того, что я расплачивался английскими фунтами, которые брали лучше, чем потихоньку девальвирующие франки. Пришлось открыть счёт в банке Франции на 5 тыс. фунтов на Аспасию Манос. Тётя тут же окунулась в светскую жизнь Парижа, восстанавливая связи и подбирая ещё несколько слуг. Софью Никольскую я прикрепил к ней в качестве компаньонки, чему тётя не возражала. Скорее всего, Софья потом будет работать в магазине. Так же я поставил задачу тёте найти подходящее здание для магазина в два-три этажа и желательно с выкупом. Объяснил, более конкретно, чем будем торговать и как. Сначала это её напугало, но потом ничего. А когда я сказал, что не исключаю ошибки, особенно первое время, успокоилась.
— Главное подобрать надёжный и умелый персонал. Никому не давать в долг просто так. Наркоманов и алкоголиков ни в коем случае не бери на работу. Поищи хорошего доктора для работы на постоянной основе у тебя. Всех проверять… и постоянно — напутствовал я её. Время на всё это ей понадобиться много, а я пока успею сходить в Россию.
Наконец дела из сумбурных метаний перешли в нормальную деловую обстановку и я решил навестить СССР — е посольство…
— Я хотел бы видеть господина Беседовского Григория Зиновьевича — обращаюсь к клерку по-французски в советском посольстве на улице Гренелль.
Передо мной предстал франтоватый тип лет тридцати в модном и дорогом костюме. Дополняли его одежду белоснежная рубашка, дорогой шелковый галстук с золотой заколкой и хорошие туфли. Неплохо живут торговые представители СССР в это время, раз могут позволить себе такую одежду. Да и округлённое лицо с наметившимся пузом, животом это не назвать, выдавало хорошую и обеспеченную жизнь его хозяина[48].
— Так что вы хотели? — обратился ко мне Беседовский, явно красуясь и снисходительно улыбаясь. Надо признаться довольно красивый мужик, и явно пользуется успехом у женщин.
— Я князь Манос. У меня контракт на перевозку вашего груза в СССР из Бельгии. Когда будем грузить пароход? Я не собираюсь терять зря время и деньги — "немного спустил красавчика с пьедестала".
После небольшого разговора и выяснения всех обстоятельств договорились, что встретимся в Зебрюгге через девять дней. Он буквально только что добрался из Японии через Гонконг, но не успел всё подготовить. Но часть оборудования уже находилась в порту. К тому времени он свяжется с Москвой и окончательно всё прояснит. Заодно подъедет экипаж из СССР, и соберут оставшееся оборудование. В Бельгии сейчас только технические специалисты на заводе, где изучают производство и запаковывают оборудование.
— А почему меня не поставили в известность, что мне придётся везти ещё и ваших специалистов? — удивляюсь.
— Я об этом ничего не знаю — развёл руками Беседовский…
