И должность. Вот он. Олимп человеческий.
Неудивительно, что это вызывает смертельную зависть. Она вспомнила, с какой ненавистью Фомин упоминал этих людей. Не успела додумать, как зазвонил ее телефон. Настя невольно вздрогнула и тут же полезла в сумку за гаджетом.
– Ну что, племянница, как дела? – в трубке раздался голос Фомина.
Помяни черта…
– Все нормально, – сухо проговорила она, стараясь подавить эмоции.
– Подала?
Чееееерт…!!!
– Нет, мы… Мы помирились. Я… Все нормально.
А тот усмехнулся.
– Помирились, говоришь? Это хорошо. Давай, девочка, действуй. Только учти: вздумаешь переметнуться и меня на*бать – твое признание, пальчики и фотки красивые у меня. Делу будет дан ход.
Ее как будто ледяной водой окатило, а потом бросило в жар.
– Нет. Дядя. Что вы. Что вы…
– Смотри у меня, – процедил тот и отключился.
Настя осела на стуле как полумертвая. Руки дрожали, от нервного перенапряжения, во рту пересохло, еле нашла в себе силы, чтобы не расплакаться. Она уже хотела спросить у секретарши, где здесь туалет. Но тут дверь начальственного кабинета раскрылась, показался Андрей. Вид у него был мрачный.
– Заходи.
Настя на мгновение замерла, собираясь с силами, а потом пошла в кабинет. Андрей посторонился, пропуская ее внутрь, но сам не вошел. Дверь за ней закрылась, и она внезапно осталась одна.
А кабинет был огромный, очень дорогой, как и все здесь. За столом сидел мужчина в деловом костюме. Про таких еще говорят, успешный бизнесмен. Черные волосы, синие глаза, весь какой-то неприступный и твердый. Это и есть брат Андрея Марк? Они совершенно разные, но чем-то удивительно похожи.
Настя замерла на пороге и невольно приложила руку к груди. Он вдруг напомнил Насте крупного хищника, особенно, когда взглянул на нее грозно.
– Проходите, – проговорил он, указывая ей на кресло перед директорским столом.
Она сглотнула и осторожно приблизилась.
– Садитесь, девушка. Как вас зовут? Представьтесь.
Мужчина хмурился, пронзительные синие глаза как будто видели ее насквозь.
– Я… – она прокашлялась. – Михнева Анастасия Игоревна.
Повисло гнетущее молчание.
Она просто кожей чувствовала, что категорически не нравится этому человеку. А мужчина чуть прищурился, брови сошлись на переносице. Сложил руки над столом и подался вперед. Блеснули дорогие запонки, дополняя образ.
На фоне этого строгого великолепия она была просто неуместной. Ни в каком виде. Настя стиснула кулаки, чтобы не разреветься. Хотела уже извиниться и уйти, и будь что будет. Но тут мужчина произнес:
– А теперь, Анастасия Игоревна, повторите мне все, что вы сказали моему брату.
Настя невольно вздрогнула. Голос у него был низкий. Чем-то напоминал рычание льва. Наверное, тем, что внушал ей страх. Но она уже настолько вымоталась, что просто устала бояться. Остался один стыд и тоска.
Рассказала.
Мужчина слушал, приложив кулак к губам. Хмурился, иногда его лицо искажала гримаса. В такие моменты Насте хотелось сжаться и стать невидимой.
Наконец он проговорил:
– Это все?
И тут она внезапно призналась:
– Нет. Он мне только что звонил и угрожал. Если захочу обмануть его и переметнусь к вам, он даст делу ход. У него свои люди в полиции. Он меня уничтожит… Понимаете?
Сказала и внезапно задохнулась, как будто отдала все силы. Мужчина по-прежнему молчал и хмурился.
– Вот, – вытащила телефон и показала. – Вот, смотрите, последний вызов.
Как будто она могла его этим убедить.
Не могла, конечно. Он же ни одному ее слову не верит. Стена перед ней, непреодолимая стена. Тупик.
– Извините, – сказала она и убрала телефон в сумку.
Опять тягостная пауза.
Холодно, как у него в кабинете холодно. Главное, не расплакаться.
Наконец мужчина сказал:
– Успокойтесь. Теперь это не ваша проблема. Мы найдем способ решить дела с полицией.
– Что? – прошептала она едва слышно, не веря своим ушам.
Он встал из-за стола, отошел к окну. И замер там, глядя на нее. Смотрел так еще с минуту, потом проговорил:
– Все, что вы здесь сказали будет тщательно проверено. А потом, если вы не солгали, – он прищурился, глядя в правый угол, как будто что-то вспоминал. – Будет составлен договор, который вы подпишете. Вы также поучите некую сумму денег за сотрудничество.
– А можно без.
– Что без? – строго спросил он.
Настя болезненно поморщилась.
– Без денег. Мне ничего не нужно. Только выпутаться. Я…
Потекли все-таки слезы.
– Таково условие, – холодно добавил мужчина и вернулся за стол. – И еще, Анастасия. С работой в салоне должно быть покончено. Это обязательное условие.
– Да, конечно. Я понимаю.
Она сама теперь на пушечный выстрел не подойдет к тому салону!
– Хорошо, – кивнул он.
И добавил, показывая рукой на дверь:
– А сейчас выйдите и подождите в приемной.
Что? Вот так, все?
Она до последнего не верила.
– Спасибо вам, – пробормотала Настя и пошла на подгибающихся ногах к выходу.
Чувствовала себя измученной вконец. Но в данный момент это было спасение.
Девушка вышла из кабинета.
Какое-то время Марк Савельев сидел за столом, приложив кулак ко рту. Смотрел в пространство и хмурился. Потом набрал номер брата.
