Дни тянулись один за другим, нанизываясь на нить времени, как бусины на леску. Дни Элар проводил на работе, вечера и ночи — у меня. Это было безумное время, когда мы ласкали друг друга до чёрных пятен перед глазами, целовались до ноющей тяжести внизу живота и мокрых трусов — не пересыхающее озеро Чад! Но дальше неприлично глубокого петтинга у нас не доходило.
— Ты боишься, что снова начнётся землетрясение? — прямо спросила я у Элара в первый же вечер, потому что уже не просто хотела полноценной близости — она мне была необходима, как воздух! Но мужчина покачал головой и ответил что-то совершенно неожиданное:
— Мы с тобой не с того начали. Пусть будет всё по порядку. Свидания, болтовня, знакомство с родителями, обжимания на грани приличия, чтобы потом, когда дело дойдёт до самого главного, нас даже землетрясение не смогло остановить.
Его слова растрогали меня едва ли не до слёз. Я закусила губу и посмотрела на Эла повлажневшим взглядом.
— Вот что мешало тебе быть таким с самого начала? — спросила хмуро.
Мы валялись на неразобранном диване. Из одежды на мне было лишь нижнее бельё и рубашка Элара, на нём — брюки.
— Недостаток мозгов, — самокритично хмыкнул дюк. — Кстати, насчёт знакомства с родителями я не шутил. Скоро в Славой вернётся мой отец, я планирую тебя ему представить.
Спросить о том, какой при этом у меня будет статус, я побоялась. Что он скажет злюку-старшему?
— Знакомься, папа. Это моя девушка? Моя невеста? Моя любимая?
На последнем предположении сердце сладко ёкнуло, и я не уловила сути последнего прозвучавшего вопроса.
— Что?
Эл игриво куснул меня за плечо.
— Ты ведь рассказала о нас Брониславе?
— Да.
— Хочу сам с ней встретиться.
Он произнёс это с таким серьёзным видом, что я рассмеялась.
— Чтобы заверить в честности намерений?
— Конечно.
Элар кивнул без тени улыбки на лице, и я снова подумала о своём статусе и о том, что договор, который позволил мне очутиться в Славое и познакомиться с дюком куратором не вечный. Однажды он закончится. И что тогда? Останется что-то от моего сердца, если Элар забудет о том, что этот орган у меня не из нержавеющей стали, а из куда более хрупкого материала?..
Очень не хочется, чтобы слова Брошки о моём разбитом сердце оказались пророческими.
— Давай немного подождём с этим, — трусливо попросила я. — Дадим ей время свыкнуться с мыслью.
— Ей или тебе?
Вот же… Догадливый!
— Нам обеим, — вздёрнула нос я и немедленно была в кончик этого носа поцелована.
Через неделю наших ванильно-эротичных отношений я дозрела до стадии «познакомь своего парня со старшей сестрой, которую боятся все тигры в зоопарке». И хотя номинально они уже были знакомы, я всё равно нервничала, дёргалась и совершенно не верила Элару, когда он заверял, что всё пройдёт идеально.
— Не бойся, — уговаривал он, пока мы привычным маршрутом летели к лечебнице. — Твой Бро ничего не грозит. Я совершенно точно не ядовитый, так что она не отравится даже в том случае, если решит меня съесть или, на крайний случай, покусать.
— Может, я за тебя боюсь, — зловеще оскалилась я. — В том что у Бро ядовитая слюна на собственной шкуре убедился один мой бывший и, как минимум, трое её несостоявшихся партнёров.
Эл хохотнул, старательно демонстрируя мне свой испуг. Но боялась я и вправду напрасно. Обе стороны остались довольными результатом переговоров.
Я не сгрызло по локоть ногти. Бро уверилась в серьёзности намерений. Элар стоически молчал и не сказал ни слова, пока сестра запугивала его жёсткими санкциями и смертью через отрезание яиц, если он только посмеет меня обидеть. Наоборот, велел не волноваться и больше думать о своём здоровье и о здоровье будущих малышей.
— Кстати о нём, — встрепенулась я. — Что говорит врач? Причина твоего недомогания нашлась?
— Нет, — с сожалением вздохнула сестра. — Но я очень надеюсь, что она найдётся до того, как детям придёт пора выбираться наружу.
Она нашлась уже этим вечером, но новости из-за отсутствия нормальной мобильной связи нам сообщили лишь наутро.
Точнее, сообщили только мне — дюк впервые с того момента, как Бро попала в больницу не смог со мной поехать.
— Не против, если я не повезу тебя сегодня к сестре? — спросил он, запивая омлет ледяным чаем из розовых лепестков. — У меня через час важная встреча и на сколько она затянется, я и близко не представляю.
После показательной порки, которую Эл провёл на Славной и из-за которой мы едва не разругались, в моей жизни и в жизни моих соседей многое изменилось. И я сейчас не о своей личной жизни, а о бытовых мелочах. Таких как фонтан с родниковой водой и дежурный маголёт.
— Ничего страшного, — заверила я, пододвигая к Элару миску с салатом из свежих овощей. Он поблагодарил лёгкой улыбкой. — Давно хотела спуститься вниз пешком, а насчёт обратной дороги договорюсь с дежурным.
— Не обижаешься?
— Глупости не говори.
Пока я мыла посуду, Эл убирал продукты в холодильник, а потом подошёл ко мне и, обняв со спины, потёрся носом о мою макушку.
— Раньше я утро ненавидел, а теперь мечтаю, чтобы оно не заканчивалось. Ты такая очаровательная хозяюшка… Я совершенно без ума от тебя.
