Рафаэль равнодушно махнул рукой:
– Вы получите новую печень.
– Я и так уже стою в очереди на новую печень, – с невольной улыбкой возразил Аксель. – Я звоню каждый раз, когда у врачей бывает совещание, но я сам испортил себе печень, к тому же у меня такой редкий тканевой тип, что доноров не может быть в принципе…
– Аксель Риссен, у меня есть печень для вас, – хрипло произнес Рафаэль.
Стало тихо: Аксель почувствовал, как кровь прилила к лицу, как запылали уши.
– А что взамен? – Аксель тяжело сглотнул. – Хотите, чтобы я подписал разрешение на экспорт оружия в Кению?
– Да. Хочу, чтобы мы заключили контракт Паганини.
– Что заключили?
– Торопиться не стоит, обдумайте все как следует. Это серьезное решение, вам понадобится точная информация о доноре и так далее.
Мысли вихрем проносились в мозгу Акселя.
Он может сейчас подписать разрешение, а если получит печень, то потом выступит свидетелем против Рафаэля Гуиди. Полиция защитит его, он знает; может быть, понадобится стать другим человеком и начать новую жизнь – но зато он получит возможность спать, как все люди.
– Не хотите есть? Я очень голоден, а вы? – спросил Рафаэль.
– Наверное, да…
– Но прежде чем мы сядем за стол, я хочу, чтобы вы позвонили в свое Агентство и сказали секретарю, что вы здесь.
Сага, прижимая телефон к уху, стояла в коридоре возле большого контейнера для ненужных бумаг. Она с отсутствующим видом смотрела, как похожие на лепестки останки бабочки подрагивают на полу под потоком воздуха из кондиционера.
– Вам там в Стокгольме что, делать больше нечего? – У полицейского из Сёдертелье был сильный готландский акцент.
– Я звоню насчет Понтуса Сальмана. – Сага очень нервничала.
– Ясно. Но он уже ушел, – довольным голосом сообщил полицейский.
– Что значит – «ушел»?! – почти закричала Сага.
– Это значит, что я только что разговаривал с Гуниллой Соммер, психологом, которая ездила с ним в скорую психологическую помощь.
– И?
– И она решила, что он не собирался доводить попытку самоубийства до конца, и позволила ему уйти. Место в больнице ведь не бесплатное.
– Разыщите его, – торопливо попросила Сага.
– А зачем? Из-за вялой попытки самоубийства?
– Просто постарайтесь найти его, – и Сага закончила разговор.
Она двинулась было к лифтам, как вдруг Йоран Стуне загородил ей дорогу, расставив руки.
– Собираешься допрашивать Понтуса Сальмана? – с досадой спросил он.
– Да, – коротко ответила Сага и хотела пройти, но Стуне не пускал ее.
– Не забывай побольше вилять задницей. И встряхивай иногда локонами, тогда тебя точно повысят в должности.
– Вали отсюда. – От злости у Саги выступили на лбу красные пятна.
– Ладно. Прости, я только хотел помочь, – обиженно сказал Стуне. – Просто мы уже отправили четыре машины в дом Сальмана на Лидингё…
– А что там случилось? – быстро спросила Сага.
– Соседи звонили в полицию, – улыбнулся он. – Они слышали «ба-бах» и крики.
Сага протиснулась мимо него и побежала по коридору.
– Спаси-и-бо, Йоран! – закричал Стуне ей вслед. – Обожа-а-ю тебя!
Направляясь на Лидингё, она старалась думать о том, что могло случиться, но мысли путались – в голове все еще звучал голос мужчины, который, рыдая, рассказывал о своей дочери.
Сага пообещала себе как следует потренироваться вечером и пораньше лечь спать.
Проехать прямо на Роскюлльсвеген не получилось – на улице собралось слишком много народу, и ей пришлось припарковаться в двухстах метрах от дома Сальмана. Любопытные и журналисты теснились возле сине-белой заградительной ленты, пытаясь заглянуть в дом. Сага нервно извинялась, проталкиваясь вперед. Синие отсветы от мигалки «скорой помощи» пульсировали на зеленых деревьях. Магдалена Ронандер, тоже из полиции, прислонилась к бурой кирпичной стене; ее рвало. Машина Сальмана была припаркована на дорожке возле гаража. Белый «БМВ», стекло в люке на крыше отсутствует. Окровавленные мелкие осколки раскиданы по бамперу и на дорожке возле машины. За залитым кровью стеклом в машине виднелся мужской силуэт.
Это был Понтус Сальман.
Магдалена подняла измученный взгляд, вытерла рот платком и остановила Сагу, которая уже собиралась войти в дом.
– Нет, нет, – хрипло запротестовала она. – Тебе не надо туда заходить.
Сага остановилась, заглянула в просторный дом, повернулась к Магдалене, чтобы о чем-то спросить, но для начала решила позвонить Йоне. Сообщить, что у них больше нет свидетелей.
Йона бежал через зал прилета аэропорта Вантаа, когда у него зазвонил телефон.
– Сага, что случилось?
– Сальман мертв, он в своей машине возле дома. Кажется, застрелился.
Йона вышел на улицу, подошел к первому же такси, сказал шоферу, что едет в порт, и сел на заднее сиденье.
– Что ты сказал? – спросила Сага.
– Ничего.
– У нас нет свидетеля, – нервно сказала Сага. – Черт, что нам делать?
– Не знаю. – Йона на миг прикрыл глаза.
Он ощущал, как движется, упруго покачиваясь, машина. Такси отъехало от аэропорта, набрало скорость и выехало на шоссе.
– Ты не можешь отправляться на яхту Рафаэля без поддержки.
– Девушка, – неожиданно произнес Йона.
– Что?
