Насчет глушителя Сафрон не знал, может, Коняра и обзавелся бесшумным стволом, возможности у него для этого имелись.
— Я не знаю.
— Куда ствол дела?
— Ничего и никуда я не девала! — разволновалась Лиля, отчего на ее нежных щечках проступили розовые пятна. — Я спала, когда его убили!
— А ты знаешь, когда его убили?
— Следователь сказал, что его в районе пяти утра убили. Точное время он пока не знает.
— Со следователем спать будешь… Или лучше со мной?
Лиля хотела сказать что-то гневное, но решила не обострять ситуацию, просто отвела в сторону взгляд и опустила голову.
— Это ведь наш дом, Семена нет, кого-нибудь поселим. Хочешь, тебя?
Лиля не очень убедительно качнула головой. Дом добротный, со всеми удобствами, может, и окраина Битово, но все равно Москва.
— Может, просто хочешь?
Сафрон подошел к ней, положил руки на плечи. Платье у нее с овальным вырезом, плечи закрыты, их легко обнажить. Сафрон развел края выреза, Лиля поежилась, как будто от холода, подняла руки, собираясь оттолкнуть его. Но не решилась, остановилась и отвернула голову, чтобы не смотреть, как он будет ее раздевать.
Но верхний вырез не хотел расходиться настолько широко, чтобы можно было стянуть с Лили платье. Да и одной покорности Сафрону показалось мало. Наверняка Лиля сама раздевала Коняру, и не только это, а чем он хуже?
— А то ведь за дом платить надо, а где деньги брать? Могу клиентов тебе подогнать, будут тебя здесь трахать, двести баксов за час, — с усмешкой повелителя сказал он.
Лиля повернула к бандиту голову, долго смотрела на него, как будто всерьез обдумывала предложение, и вдруг влепила ему пощечину.
Сафрон офонарел от такой наглости, но в ответ бить не стал. Он же не какой-то там беспредельщик. Он сильный мужчина, именно поэтому Лиле грозит кое-что другое. Сафрон схватил ее за вырез платья, напряг все свои силы, пытаясь разорвать материю, но она оказалась крепкой и лишь растянулась. Но сдаваться он не привык, Сафрон заскрипел зубами от натуги, оставалось совсем чуть-чуть, и ткань разорвется, но в этот момент в дом вошел Чарлик.
— Там Круча!
Никогда еще Сафрон не радовался появлению Кручи так, как сейчас. Он ведь почти порвал платье, но проклятый мент помешал, именно так и должна была подумать Лиля.
Он разжал руки, сдал назад. Лилия смотрела на него удивленно и с насмешкой. Действительно, а чего это крутой авторитет боится какого-то мента? Но ведь Сафрон не боится и даже не опасается, просто идет следствие, Круча имеет полное право находиться здесь, а он должен оказывать ему всяческое содействие. И если Лиля этого не понимает, он ей объяснит чуть позже. Никуда эта шлюшка от него не денется.
С Кручей видеться не хотелось, но и бежать от него Сафрон не собирался. С достоинством важного человека он повернулся к Лиле спиной, хотел идти навстречу менту, но тот, как оказалось, уже вломился в дом. Двигался Круча неторопливо, но как же напористо. И остановить его очень сложно, удар у него нереально убойный, уж кто-кто, а Сафрон это знал.
— Ну и что ты здесь делаешь? — спросил Круча.
Он остановился, но Сафрон почему-то чувствовал себя так, будто мент все еще двигался, подминая его под себя.
— То же, что и ты! Или ты думаешь, что я не хочу знать, кто убил Коняру?
— А это что такое? — Круча смотрел на Лилю, имея в виду ее надорванное платье.
— Это Лиля, — усмехнулся Сафрон.
Действительно, не кто, а что. Для него это всего лишь игрушка.
— Оставь девушку в покое!
— Эй, я не понял! — скривился Сафрон.
— Повторять не буду. — Круча угрожающе навис над ним.
— Может, это она Коняру замочила?
— Обоснуй!
— Коняру, считай, в упор уложили.
— Я в курсе.
— Два выстрела, и оба в грудь.
— И что?
— Контрольный выстрел обычно в голову делают, а тут в грудь… Слышал, что бабы не могут в голову стрелять? У них в мозгах глубоко сидит, что нельзя стрелять в голову, в лицо. Лицо для них — это святое. Лицо — это красота!
— Может быть.
— Бабы могут стрелять, могут! — глянув на Лилию, сказал Сафрон.
— Бабы могут все, — кивнул Круча. — Даже могут банды возглавлять. Битовскую, например!
— Слышь, ты!
— Свободен! — Круча кивком указал на дверь. Не удержался и добавил: — Пока!
— Ну ладно!
Уходя, Сафрон глянул на Лилю. Он еще вернется к ней, пусть готовится к встрече, халат наденет, чтобы платье не рвать. А с Кручей он разберется, тем более что есть один вариант. И Ленусик всегда рада помочь.
Личность Альбины Ермиловой установили, а дома застать не смогли. И подружка ее Марина Буранова отсутствовала. Не смог Степан допросить ни ту, ни другую, зато узнал одну очень интересную вещь. Паклин попросился в туалет, сержант из дежурной смены его проводил, он-то и заметил, как задержанный мыл под краном свои причиндалы. Все бы ничего, но произошло это перед экспертизой, где с него могли снять смывы и выяснить, что Паклин не спал с Мариной. А если спал, то не с ней, а с Ермиловой. Если так, то он вводил в заблуждение следствие. Вопрос: зачем?
