Я вернулся домой на автобусе, стараясь не смотреть по сторонам и не вести себя подозрительно. Поднялся на уже рабочем лифте до своего этажа, зашел в квартиру и с облегчением привалился спиной к двери.
- Все в порядке, - успокоил я сам себя, до сих пор пребывая в изрядно растрепанных чувствах. Только сейчас до меня начала доходить вся ситуация в целом, и она оказалась паршивой до невозможности. Мало того, что моих ребят могли уже упечь за решетку и я больше никогда их не увижу, так и дозы мне не видать как собственных ушей. А это гораздо большая проблема.
Попытавшись успокоить себя тем, что Арта так просто фиг возьмешь, я промаялся дома до вечера. Смотрел бесплатные каналы по телеку, гонял примитивную змейку на телефоне, каждые две минуты поглядывая на часы. Мне так никто и не звонил, но и полиция в дверь не ломилась, что обнадеживало.
К ночи мое самочувствие начало ухудшаться, и на этот раз я отлично понимал, что тому причиной.
Перерыл в квартире все, в надежде, что где-нибудь есть или желанный шприц, или хотя бы таблетки, но ничего не было. Я дрожал от холода, кутаясь в одеяло, а в следующий момент уже открывал нараспашку окна, впуская осенний воздух, потому что в квартире до невозможности душно. Я валялся на кровати без сил, и через две секунды подскакивал, как ужаленный.
К полуночи стало понятно, что я так больше не выдержу, и скоро меня начнет колбасить. Не хочу этого. Пускай заберут в полицию. Пускай запрут в одиночке. Пускай привяжут к кровати, чтобы не рыпался при ломке. Плевать!
Я схватил брошенный на кровать телефон, открыл список контактов и пораженно уставился на экран.
- Сууука… Какая же ты сука!..
Первой и единственной строкой в списке был «Альфред». И ничего больше – ни номера брата, ни Арта, ни тех других немногих человек, которые мне нужны. Отсутствовали даже стандартные номера сетевых услуг. Только «Альфред», которого я сейчас ненавидел всей душой. Я рассмеялся, заливисто и искренне. Несмотря на весь тот негатив, который я мысленно выливал на голову военного, стоило отдать ему должное – он подстраховался замечательно. Зачем только – не ясно. Но это уже пустяк.
«Альфред».
Медлил я секунд пять, а потом все же нажал на вызов, потому что ничего другого мне и не оставалось. Только «Альфред» и моя нервная ненависть пополам с истерикой.
- Я ненавижу тебя, - хрипло произнес я в трубку. – Я тебя так ненавижу!..
- Знаю, - вполне спокойно отозвался мистер Флемминг, и я готов был поручиться, что на его губах появилась улыбка. Еще бы, его план так идеально сработал! – Не думал, что ты позвонишь так скоро.
Конечно не думал, откуда тебе было знать, что с Артом у меня все прогорит, сука ты такая… Единственный конченый вариант, в моей собственной памяти нет ни одного номера, даже телефон брата я не запоминал, полагаясь на сотовый.
- Так что, приедешь ко мне? – устав слушать мое молчание, спросил Альфред.
- Не, - вяло откликнулся я, все еще по-дурацки улыбаясь. – Я не доеду. Умру тут, а ты будешь последним набранным в моем телефоне, копы быстро на тебя выйдут. Сейчас только фамилию допишу, облегчу им работу. Как там… Лемминг?.. – я несдержанно заржал, ведь Альфред никак не был похож на это мелкое животное.
- Флемминг, - подсказал он, ничуть не поверив в серьезность моих слов. – Назови адрес, я сам приеду.
И я назвал, потому что умирать по-прежнему не хотелось.
Чего-то в этой жизни я точно не понимаю. Какой-то важный смысл проходит мимо меня, раньше я совершенно этого не замечал, а сейчас глаза словно открылись, но догнать этот смысл никак не получается. Люди разные, некоторых можно читать, будто открытые книги, их желания просты и понятны, а их действия во всем подчиняются этим желаниям. Я такой же. А Альфред другой, он непостижимый, непробиваемый и нелогичный. Или это я слишком туп для понимания.
Скорее последнее.
Он появился у меня через полчаса после звонка. Принес пакет с продуктами, помыл овощи, принялся готовить какую-то еду несмотря на то, что была уже глубокая ночь. Я все время ошивался рядом, меня ломало, срывало крышу, и я умолял Альфреда дать мне еще тех вчерашних таблеток. Просил, крыл матом, немного даже бил, все без толку: мужчина почти все время молчал, только лениво отмахиваясь.
Вскоре он попробовал накормить меня салатом. Я немного съел, потом обнимался с унитазом, потом пил крепкий черный чай без сахара. И все время то приставал к Альфреду насчет таблеток, то материл его на чем свет стоит, то добивался правды в ответ на вопрос «на хуй тебе все это надо?». Ничто из этого результата не дало, и вскоре я сдался, завалившись на кровать и страдая молча, но очень артистично, так что он все-таки проникся:
- Одну таблетку, Дани, а завтра мы поговорим.
