- Нет, Дэн… - наконец с трудом пробормотал он. – Ты что-то путаешь… - оторвав от меня взгляд, он сглотнул, сжал кулаки и сказал: - Вернемся в комнату.
- Я ничего не путаю, - возвращаться никуда я не собирался и Томаса отпускать не хотел, потому перехватил его руку, сжав тонкое, почти девчачье, запястье пальцами. – Говорю тебе, я видел Арта, здесь, своими глазами видел его, среди персонала. Томас, ты вообще слышишь?!
- Да слышу, не кричи! – он тоже повысил голос, дернув сжатую мной руку так сильно, что я невольно отпустил ее. – Наверное, ты его с кем-то перепутал, Дэн! Все, я пошел!
Томас действительно развернулся и торопливо унесся куда-то вниз по лестнице, оставив меня одного. Зараза. Я бессильно стукнул кулаком об подоконник и зажмурился, пытаясь понять, почему парень так себя повел. Даже не заинтересовался, не удивился толком… Только отрицал все и сбежал слишком быстро, толкового разговора совсем не вышло.
У окна в холле я задержался довольно надолго. После удара головой там, среди лошадей, вспышки боли меня просто преследовали, а сейчас, когда я пытался думать и анализировать ситуацию, мозг словно на части рвало. Я уже и сам был готов признать свою ошибку – под наркозом и, наверняка, под обезболивающим мне что угодно могло привидеться, но… Уверенность все равно до конца не пропадала. Я видел Арта, черт!
Не могу же я просто взять и выкинуть это из головы!
На улице уже начало темнеть, когда я по стеночке добрался до блока, падая на кровать, ранее принадлежавшую Томасу. Головную боль приходится терпеть или лечить сном, таблетки здесь не предусмотрены никакие, кроме тех, что выдаются порционно во время обеда. Но заснуть сейчас почему-то не удавалось, несмотря на то, что я еще утром готов был уткнуться лицом прямо в стол с лежащей на нем очередной книгой и задремать.
Мысли все время возвращались к Томасу, я раз за разом словно пересматривал видеоролик, следя за его реакцией. Вот я говорю эту фразу, самую первую, заставившую его удивленно на меня уставиться. Хотя, разве это удивление?.. Зрачки расширены, пальцы сжимаются, кадык нервно дергается при сглатывании. Больше похоже на испуг.
- Не Арта же ты испугался… - закрыв лицо ладонями, я почти застонал от безысходности. – Ничего… разберусь.
Разбираться я начал на следующий же день. С трудом дождался начала занятий, показательно уткнулся в выданную книгу о кулинарии, но минут через десять откинул ее на подушку, не перевернув за это время и пары страниц.
Каждый человек с детства знает, что рыться в чужих вещах нехорошо, и я не был исключением. Но на «хорошо» и «плохо» становится плевать, когда вокруг творится черт знает что, и я без зазрения совести полез в шкаф, сам не зная, что хочу там обнаружить. Впрочем, ничего компрометирующего там и не было, понял это я минут через пятнадцать, постарался сложить вещи так же, как было до моей «проверки», и перешел к столу.
Среди наваленного на столешницу барахла было несколько книг, принадлежащих Томасу, и одна из тетрадей, та, что на сегодняшних занятиях не пригодилась. Именно за книги я взялся в первую очередь, перелистал их по странице, от корки до корки, ища, подобно детективу, какие-то надписи или пометки. Парень на удивление хорошо относился к вещам, и ничего такого при самом пристальном осмотре не обнаружилось. Тетрадь, вопреки моим надеждам, тоже не дала результатов – неаккуратные каракули, все, что удалось разобрать, исключительно конспект лекций.
Бросив это гиблое и неблагодарное дело, я решил, что серьезного разговора Томасу все равно не избежать. Если он вдруг снова захочет от меня прятаться, то с гипсом я его не догоню, поэтому придется заранее подумать, где бы нам пообщаться. В замкнутом помещении, без свидетелей и шансов на отступление.
«Похоже, наша ванная не теряет актуальности» - подумал я, заваливаясь обратно на кровать в ожидании собеседника.
Первым вернулся Эван, притащил мне сделанный своими руками салат, это было одновременно приятно и подозрительно, но, попробовав кулинарный шедевр на вкус, я сделал выбор в пользу первого ощущения. Очень даже неплохо, еще и с сыром!
Затем мы вместе дождались Стива, я быстро наврал парням с три короба о том, что мне надо от них (а надо было не так уж много – только спокойствие и молчание), удостоверился в их абсолютной поддержке и немного успокоился. Поддержка, конечно, небольшая, Эвану вообще было плевать на наши разбирательства, а Стив смотрел на меня, будто на ребенка. Ну и пускай, все равно посвящать его в подробности дела я не собираюсь. Пока он на моей стороне – какая разница, что он думает?
- Привет, Томми, - он поднял голову, встретившись со мной взглядом, и меня даже немного проняло – такой усталый вид у него был. Но именно что немного, отказываться от своего плана из-за такой мелочи, как тяжелый день у Томаса, я не собираюсь. – Как ты?
- Да ничего, - он опасливо покосился на ребят, которые вроде как не обращали на наш диалог внимания. – Снова ничего интересного не было. А ты?.. Как нога? Принести еду?
