Концепции современного востоковедения полностью

Данный подход можно продемонстрировать на таком понятии, как «возврат к древности», которое зафиксировано во многих национальных традициях словесности в разные периоды. При сильном хронологическом разбросе и внешних различиях «возвраты к древности» обнаруживают и принципиальное сходство, состоящее в резком неприятии литературного опыта непосредственных предшественников, порицании их стиля как «порчи классики» и настоятельных попытках вернуться к признанным образцам «древности». При всей искусственности применения к восточному материалу европейской терминологии, обозначающей великие стили эпох, аналогии в закономерностях стилистического развития литературы не могут быть проигнорированы внимательным наблюдателем. Наиболее известным феноменом такого рода, своеобразным эталоном может служить эпоха Ренессанса в Европе с ее отношением к предшествующему периоду как к «темным векам» и откровенным восхищением античностью как эстетическим идеалом. Универсальная теоретическая модель, позволяющая не только проследить, но и сопоставить этапы стилистической эволюции в разных литературах, развивавшихся в русле традиционалистского типа художественного сознания, была предложена в свое время Д. С. Лихачевым. Ученый ввел понятия стилей первого и второго порядка143 и сформулировал наиболее общую закономерность их развития и смены, отметив, что «каждому стилю первого порядка соответствует свой поздний “эллинистический” период». Для стилей первого порядка характерны более длительные периоды развития, тяготение к простоте и правдоподобию, тогда как стили второго порядка более кратковременны, им свойственна декоративность, формализованность, условность. Стиль первого порядка всегда ассоциируется с понятием «классика», идет ли речь об эпохе Древности или эпохе Средних веков, а его носители, идущие на резкий разрыв с непосредственными предшественниками, ищут идеал в аналогичном стиле, декларируя свою стилистическую платформу как «возврат к древности». Достаточно обратиться к материалу китайской классической литературы, чтобы обнаружить в ее истории две эпохи «возврата к древности», выраженные не только в литературных произведениях, но и осознанных теоретически. Первый такой «возврат» наблюдался в первой половине VIII в., когда стремление к простоте и ясности языка стало средством борьбы со стилем непосредственных предшественников, чья ритмическая проза с обязательными синтаксическими параллелизмами и обязательным чередованием строк по четыре и шесть знаков-слогов была названа «пышными надуманными безделушками». Аналогичную тенденцию «возврата к древности» В. М. Алексеев отметил в период XIV–XVI вв., сравнив представления двух китайских авторов о поэтическом мастерстве с художественными установками XVII в. «Поэтического искусства» классициста Буало. Статья В. М. Алексеева знаменательно названа «Француз Буало и его китайские современники о поэтическом мастерстве»144. Формулируя основную задачу своего сравнения, ученый-китаист писал: «Думаю, что сравнительные этюды такого рода следует продолжить во имя дальнейшего приобщения истории китайской литературы к истории литературы мировой»145. Комментируя сходство взглядов китайцев и француза, В. М. Алексеев замечает: «Идеал поэта – древний дух (разрядка автора. – М. Р.), сообщающий поэта живым порядком с ушедшими тысячелетиями. Полное совпадение! Гомер для Буало “закон, предел, его же не прейдеши”. Для китайцев “Шицзин” точно такой же абсолют. <…> На обоих фронтах – подражание древним, религиозное, сосредоточенное – вот основной идеал!»146 Характерно, что и китайские поэты-критики, и Буало считают поэзию своей эпохи деградацией, декадансом, порицая ее за излишества, слишком тонкую отделку, нарочитую красочность, красивость. Именно эти черты и объединяют стили второго порядка. К примеру, в Иране в XVI–XVII вв. господствовал стиль второго порядка, который по традиции исследователи – сами иранцы, и европейские иранисты – называют «индийским». Показательно, что наиболее общей его характеристикой в самой поэзии этого периода становится слово «красочный», «цветистый» (рангин), в отличие от предшествующего периода, когда господствующим критериям совершенства стиля отвечало определение «сладкий», «сладостный» (ширин)147. В XVIII в. появилась плеяда поэтов, чьим идеалом вновь стала поэзия «древних». Выдающийся иранский поэт и филолог рубежа XIX и XX вв. М. Т. Бахар назвал это движение Базгашт-е адаби («Литературное возвращение»), имея в виду тот же «возврат к древности».

Под знаком «возврата к древности», т. е. возрождения традиций доисламской бедуинской поэзии, творили такие корифеи арабской классической поэзии, как Абу Таммам (804/806–845/846) и ал-Бухтури (821–897). Этот период европейские ориенталисты часто именовали неоклассицизмом148.