– И кто там сидит?
– Циля Яковлевна, она про всех всю подноготную знает, в особенности про старперов, только спросите, такое выложит! Циля всю жизнь в Союзе работает, ее многие боятся, заискивают, лебезят, да и кому охота нарваться на неприятности. А уж как ее жены писателей ненавидят, – девушка захихикала, – мрак. Есть такой литератор, Крюков-Озерский, слышали?
– Нет.
– Ну не важно, он из тех, из старых, из советских. Супруга его, Мария Семеновна, один раз Цилю задела, сказала громко при всех в буфете: «Некоторые дамы нацепят на себя брюлики размером с колесо, а замуж-то, как ни старались, выйти не смогли!»
Циля отреагировала мгновенно, отставив чашечку с кофе в сторону, она воскликнула:
«Твоя правда, Машенька, в загс я не ходила, мне не повезло так, как некоторым. Были б…и, которые обслуживали посетителей в гостиницах, так наш Крюков-Озерский, человек наивный, не разобравшись, что к чему, одной из них руку предложил. Давно, правда, дело было, еще до войны. Но не надо думать, что все свидетели умерли. Я-то хоть и в девятьсот семнадцатом родилась, памятью не обижена, в маразм не впала!..»
– Спасибо, – обрадовалась я и полетела искать Цилю Яковлевну.
Будущая журналистка меня не обманула. В конце коридорчика нашлась крохотная дверца. Я деликатно постучала.
– Да, да, – донеслось из-за нее хрипловатое меццо, – прошу.
Я вошла в комнату.
– Вы ко мне? – спросила сухощавая дама, стоявшая возле шкафа.
Циля Яковлевна выглядела потрясающе: черные вьющиеся волосы были уложены умелым парикмахером. Лицо дамы покрывал ровный слой косметики, на щеках ее играл персиковый румянец, губы пламенели, в ушах висели тяжелые бирюзовые серьги, ожерелье из таких же камней украшало блузку, пальцы, изуродованные артритом, были унизаны кольцами.
– Вы кто? – нетерпеливо спросила Циля Яковлевна.
– Разрешите представиться, Виола Тараканова.
– Очень приятно, садитесь, – царственным жестом хозяйка кабинета указала на деревянный стул.
Я умостилась на жестком сиденье.
– Что за дело привело вас ко мне? – поинтересовалась Циля Яковлевна, вытаскивая из кармана пачку сигарет.
– Я представляю издательство «Марко».
– Прекрасно.
– Мы сейчас запускаем серию «Забытые кумиры прежних лет».
– Великолепно.
– Будем издавать книги советских писателей. Были ведь среди них те, кто и сейчас может обрести поклонников.
– Безусловно, – кивнула дама.
– Но существует одна проблема: авторское право.
– Да, да, понимаю.
– Мы на данном этапе договорились со всеми родственниками, но вот никак не можем найти жену Леонида Фомина.
– Лени?
– Вы его знали?
Циля Яковлевна засмеялась.
– Деточка, глупее вопроса в своей жизни не слышала. Леня Фомин ухаживал за мной, осыпал цветами, подарками. В то время он выпустил лишь одну книгу, но его рано приняли в Союз писателей, словом, перед Фоминым открывалась великолепная карьера, однако я его отвергла.
– Почему?
– Леня пил, а алкоголики меня не привлекали. Кстати, Фомин понял меня правильно, быстро женился на другой, мы остались добрыми знакомыми. Но дальнейшие события показали, насколько я была права, когда не захотела связываться с ним. Это дикая история! Меня бы стопроцентно выгнали из Союза, а Соня! Ну и стерва! Господи, жизнь Лени – это настоящий роман! Хотите расскажу?
– Послушаю с огромным удовольствием! – воскликнула я.
Циля Яковлевна закурила новую сигарету и начала рассказ.
Когда молодой, подающий надежды фантаст Леонид Фомин стал ухаживать за Цилей Яковлевной, та решительно отвергла его.
Было в Леониде что-то ненадежное, и еще он любил выпить. Нет, алкоголиком тогда Фомин не был, но пару бокалов коньяка вливал в себя с большой охотой, а Цилечка с детства не выносила запаха спиртного.
Услыхав отказ, Леня огорчился.
– Жениться мне надо, – разоткровенничался он с Цилей, – а на ком? В Дом литераторов, что ли, почаще ходить?
– Э, нет, – предостерегла его Циля, – там не те девушки кучкуются. Зачем тебе избалованная дочь писателя или вдова? Давай познакомлю тебя с милой, простой, бедной девочкой, порядочной, интеллигентной, из хорошей семьи.
Леня согласился.
И Циля привела ему Соню, свою дальнюю родственницу.
Спустя пару месяцев сыграли свадьбу, потом очень быстро у Фомина родились дети.
Он тогда много работал, и вскоре появились его новые книги. О Леониде заговорили как о надежде советской фантастики, Циля даже пожалела, что не захотела выйти за парня замуж. Фомин много зарабатывал, получил дачу в Подмосковье, приобрел кооперативную квартиру.
