По спокойному и сосредоточенному виду девушки было очевидно, что организаторы переборщили со скромностью. Происходящее её явно не особо волновало, чего было не сказать о темноволосой тихоне рядом с ней, которая, периодически отрываясь от еды, бросала шокированные взгляды на двух девушек в дальнем углу. Честно говоря, в связи с кулуарностью, обзор из этой ложи был самым поганым, хорошо просматривалась только сцена.
— Позвольте представить, доктор Палаван, сильно гонимый, но по факту один из лучших лекарей у нас в стране. — Торжественно произнёс Фиорий.
— Рад приветствовать вас, достопочтенный Палаван. — Лорд Эграмон покровительственно кивнул головой.
Это-то что здесь делает? Нет, Палаван конечно слышал, что сын одного из главных врагов медицины, а именно почившего Джерома, тайный противник взглядов отца, но он же … ловелас. У него ни йоты мозгов. Уже по тому, как он сидит и отзеркаливает Сетару, делает необходимые жесты, понижает тембр голоса, видно, что он изо всех сил пытается её соблазнить. Походу неудачно, а вот на её темноволосую подружку он, кажется, имеет огромное влияние. Идиот! Он хоть ориентацию героини осознаёт? Вот уведёт тёмненькую случайно и пиши пропало.
В этот момент героиня как будто прочла его мысли и с озабоченностью глянула на свою подругу. Походу пунцовое лицо последней ей не понравилось, и она тут же взяла свою подопечную за руку. Палаван присвистнул. Вот это влияние. Краснота мгновенно сошла с лица тёмненькой, и та удивлённо уставилась на свою подругу. Стоящий же рядом слуга мгновенно задёрнул штору, отгораживая от младшей вид на зал.
— Да прибудет с вами прохлада, лорд Эграмон. Моё почтение, героиня Сетара. — Отозвался Палаван.
— Рада знакомству, доктор Палаван. — Прикрыв рот рукой, улыбнулась Сетара.
Так он и думал.
— Смешная маска?
— Извините меня, пожалуйста. — К удивлению Палавана героиня, казалось, смутилась. — Просто подобные маски давным-давно использовали в нашем мире так называемые «чумные доктора». Считалось, что те травы, которые они запихивали в клюв маски, отгоняют инфекцию.
В её мире, да? Хотя в её словах был смысл. У них для этих же целей часто использовалась маска осьминога.
— И как, помогало?
— Практически нет, защищало только от каплей жидкости в воздухе.
Несмотря на шикания Фиория, Палаван снял маску. Хмм, может и вправду кое-что понимает. Сам Палаван придерживался аналогичных взглядов. Даже странно, он всегда считал, что героев отбирают по физическим данным, а не по умственным. Но у этой девчушки в её на редкость чистых глазах действительно светился не слабый интеллект. Не, в жертвенный день такую бы с руками оторвали.
Когда все расселись, Эграмон взял слово.
— Ну, к делу! Как вы уже знаете, дрянь, которой потчуют наше государство, сама по себе никуда не уйдёт, покуда мы не сможем воочию убедить всех в, первое, отравляющем эффекте эликсиров Островной империи, и второе, в прогрессивности наших методов лечения.
Интересно, Эграмон не надорвался, выдав такую высокопарную фразу? Откровенно говоря, Палаван представлял его по-другому.
— По первому вопросу, мои исследования показали, что зелья имеют определённую эффективность, однако они также вызывают невероятную зависимость, природу которой необходимо ещё изучить. — Начал Палаван.
— Это обыкновенный опиат. — Внезапно перебила его Сетара.
— Что, простите?
Что ещё за «опиат»?
— Некое вещество, добываемое из опиумного мака. Я видела, он растёт на территории Акарии, но как ни странно, распространён слабо.
— Секундочку, а как выглядит это растение? — Вдруг осведомился Фиорий.
Ещё на середине скрупулёзных описаний Палаван побледнел. Как она узнала?!
— Белый сон. Редкое растение, я изучал его свойства. Да, действительно его действие похоже на лекарства островитян. Я собирался проверить эту теорию …
— Вашу ж мать! — Фиорий покачал головой. — Да вы знаете, сколько Островная империя за него платит? Теперь всё встаёт на свои места.
— Наиболее близкий аналог лекарств Островной империи в нашем мире называется лауданум, сейчас его оборот находится практически под запретом. Тотальная зависимость, проблемы с печенью, провалы в памяти, апатия, сильное сокращение срока жизни. И это только лауданум. У островитян же он в жутко концентрированном виде, да и в целом кроме ударной дозы сахара содержит куда как больше дряни, которую я не могу идентифицировать. Красный, синий и зелёный же фиалы отличаются в лучшем случае наличием разных дополнительных лекарственных компонентов или ароматизаторов.
— А ещё зуд, запор, паралич и одышка … ну, симптомы. — Добавил Палаван, с прищуром уставившись на героиню.
Она правильно назвала ряд побочных эффектов, хотя их значительно больше. Про проблемы же с печенью он только подозревал на основании статистики, а Сетара заявляет об этом, как о факте.
Девушка же в свою очередь как-то по-новому посмотрела на Палавана. Э, она что, сомневалась, что он врач?! Хотя после общения с медициной шарлатана Алоиса, не удивительно.
— Паралич? Значит, там используется что-то ещё. — С грустью заметила Сетара.
