Агент нехотя поднялся по шатким, ржавым ступеням, грозящим рухнуть прямо сейчас. Выбравшись на самый верх, ступил на потрескавшуюся, выжженную землю, и едва не задохнулся жарким расплавленным воздухом. Успев наполнить лёгкие едким горьким смрадом, немедленно закашлялся. Затем нацепил маску и, пройдя вперёд несколько шагов по ровной, отшлифованной подошвами и боевыми механизмами поверхности, уверенно вышел из узкого туннеля и свернул на обочину.
Агент нехотя поднялся по шатким, ржавым ступеням, грозящим рухнуть прямо сейчас. Выбравшись на самый верх, ступил на потрескавшуюся, выжженную землю, и едва не задохнулся жарким расплавленным воздухом. Успев наполнить лёгкие едким горьким смрадом, немедленно закашлялся. Затем нацепил маску и, пройдя вперёд несколько шагов по ровной, отшлифованной подошвами и боевыми механизмами поверхности, уверенно вышел из узкого туннеля и свернул на обочину.
Тяжёлые ботинки прошлись по серому плато, раскинувшемуся вдоль дороги, оставляя глубокие, чёткие следы с двумя звёздами, знаком разведчика ЦК. Поле взбитого пепла уже как часа два оставалось нетронутым. Сегодня киберы медлят...
Агент глянул на горизонт. Ветер клубился, бросая в лицо клочья серого песка, наполненного мельчайшими частицами колючего мусора. Но теперь глаза и дыхательные пути защищала маска. Агент настроил оптику.
Ни одной железяки. На много километров вперёд, вплоть до безжизненной чёрной линии горизонта, простирались заброшенные руины старинных городов, почти стёртые с лица Земли континентальной войной. И лишь тихий закат, чудовищного ядовито-оранжевого цвета догорал вдали в пепельно-серой пелене...
Агент тряхнул головой. Попавшие в кровь ядовитые газы успели ударить в голову. Чувствовалось лёгкое отупение. Ничего, пройдёт через пару минут. Хоть бы показалась звезда... глупо, а вдруг?
Агент решил дождаться, когда ночь над базой окрасится фосфоресцирующими огнями. Жаркий ветер снова поднял страшную пыль и разметал её по чёрному небу, ещё больше затуманив видимость. Таинственные зелёные лучи скользнули по плотной массе пепла. Вышки. За небом следили. Но в нём тоже словно всё вымерло. Хоть бы одна гадина появилась...
Агент лишь однажды видел звёзды. Кажется в двенадцать. Лишь один единственный раз. Десять лет назад. Тогда шёл кислотный дождь и небо разверзлось на две рваные части...
Ну всё, хватит ностальгировать. Пора на задание. Выполнить долг. Лишь ненависть и месть. Дурманящая, всепоглощающая, отчаянная... стучала в висках, бурлила в крови. И сейчас совсем не жаль расставаться с этой жизнью. Впрочем, как и вчера, как и много дней назад.
Агент ощутил, как сжались кулаки. Руки, чёрные от сажи, под огрубевшей кожей не чувствовали наступления холода. Резкие перепады температуры установились давно. Трудно гасить эмоции. Поэтому нужно сосредоточиться и ещё раз прокрутить в голове выученную наизусть инструкцию.
'Парк, много живых деревьев и кустов. В запасе несколько минут. На скамейке. В синем костюме. Он будет один. В руках он будет держать фотоаппарат.'
Агент посмотрел на своё оружие, отягчающее кисть руки. Оно стало непомерно тяжёлым. Будто весь мир опустился в ладонь, потому что весь мир зависел от выстрела. Агент засунул оружие за пояс и резко развернулся назад.
Через полчаса, возвратившись в штаб, спустившись в глубокое подземелье, агент возвестил о своей готовности. В хмурых глазах товарищей читалось пожелание удачи.
Агент зажмурился. Яркая вспышка ослепила на миг глаза, стены исчезли. Точнее исчез сам агент. Мышцы сковала адская боль. Сплющило так, что страшно было держаться и не закричать. Агент с трудом сжимал челюсти, скрежетал зубами, не проронив ни звука. Полумрак, окруживший тело, стал густым, почти осязаемым. Темнота пружинила как желе. Невозможно было сопротивляться.
Через красную завесу дыма мелькнуло лицо. Морщинистое лицо старика. Оно показалось незнакомым, в памяти ничего не всплыло. Всех, кто был старше тридцати пяти уже не осталось... а кто остался... всё равно погибнут. Но выстрел изменит их судьбу!
Агент вырвался из адского плена и осторожно двинулся вперёд. Присев на холодный пол, вынув оружие, проверил на бедре лезвие ножа, на всякий случай. Поняв, что головокружение прошло и можно приступать к заданию, огляделся. Оранжевые блики метались в темноте, лизали высокий потолок над головой. Источник света находился где-то за углом. Вокруг возвышались неровные, шершавые, бурые стены. Агент прислушался, пригнулся, направляя прицел лазера перед собой. Пальцы прилипли к холодному металлу. Напряжение возрастало. Готовность в любую секунду дать ответный огонь и боязнь спугнуть врага, держало в руках, приходилось медленно пробираться вперёд. Сердце бешено колотилось.
Где парк? Что это вокруг? Катакомбы? По инструкции должен быть парк. Нет. Это точно не парк. Парк на картинке выглядел иначе. Тёмные неровные стены напоминают катакомбы! Возможно, если выбраться из них, появится и парк...
Агент затаился. Что это? Шорохи? Кто здесь? Агент осторожно выглянул из-за каменной стены, чтобы обозреть окрестности. Взору предстало глубокое подземелье. Агент замедлился, недоверчиво озираясь. Чужие катакомбы расширялись и замыкались сверху высоким сводом.
По стенам плясали языки пламени. Внизу, в центре округлой площадки на ровном месте был разведён костёр. Возле костра сидел взлохмаченный человек в сером комбинезоне. Он спокойно ворочал веткой огонь. И он был совершенно один. Без оружия, если не считать палку. Его в инструкции не было...
