— Повезло, что наткнулись, — сказал Болт.
— Да, удача наконец, — согласился Кардинал.
Из туннеля донесся шум — белая тварь билась о стены, пытаясь протиснуться в узкий проход.
— Уходим, — приказал Кардинал. — Через дальний выход.
Они выскользнули из склада и двинулись дальше по лабиринту туннелей. Док вел их, ориентируясь по старым схемам и интуиции. Но Егор чувствовал, что они движутся не наугад. Камень в кармане тянул его в определенном направлении, как компас.
Внезапно туннель расширился, и они вышли в огромный зал — старое бомбоубежище. Ряды ржавых коек, облупившиеся плакаты на стенах. И там, в дальнем углу, лежало несколько тел. Вернее, то, что от них осталось — белые скелеты в истлевшей одежде.
— Смотрите, — Химера указала на пол вокруг скелетов.
Десятки камней были разбросаны повсюду. И среди них — белые и розовые.
— Кто-то устроил здесь последний бой, — сказал Кардинал, собирая камни. — И проиграл.
Док поднял один из розовых камней, повертел в свете фонаря.
— Полезная находка. Розовые позволяют найти любого в Мешке. Редкие, но встречаются.
— А белые? — спросил Егор, подбирая несколько.
— Безопасный путь. Вдохнешь пыль — на две минуты будешь знать, где можно пройти без опасности.
Егор изучал один из скелетов. На истлевшей ткани еще можно было различить остатки погон и пуговиц. Военная форма РККА — он безошибочно узнал покрой гимнастерки и характерные звезды на петлицах.
— Док, — позвал он ученого. — Взгляни на это.
Док подошел, посветил фонарем на останки.
— Боже мой, — выдохнул он. — Это же...
— Наблюдатели? — закончил Егор.
— Не совсем. Эта форма более поздняя — середина XX века. — Док осторожно поднял одну из пуговиц. — Возможно, это группа советских военных, которые попали в Мешок позже Наблюдателей, но тоже давно. И это объясняет, откуда здесь розовые и белые камни.
Кроха подошел к противоположной стене, где виднелись какие-то отметки.
— Эй, тут что-то нацарапано!
На бетоне были выцарапаны даты и короткие записи кириллицей. Простые пометки о запасах, координатах, количестве боеприпасов. Но в конце, другим почерком: "Нас осталось трое. Припасы кончаются. Если кто найдет — передайте в Москву. Полковник Орлов, 15.03.1939."
— Полковник Орлов, — прочитал Док. — Он пытался вести учет, до самого конца надеялся на спасение.
Егор почувствовал, как камень в кармане нагрелся. Видения вспыхнули с новой силой. Он видел этих людей живыми — в советской форме, с автоматами ППД и винтовками Мосина. Они сражались здесь с тварями, методично отстреливаясь и отступая. Их лица были суровыми, но не отчаянными — профессиональные военные до конца выполняли свой долг.
Сцена разворачивалась в его сознании с кинематографической четкостью. Синие твари, быстрые как молнии, атаковывали с флангов. Красные монстры ломились в лоб, сминая баррикады из ящиков. Желтые летали по воздуху, швыряя обломки бетона телекинезом.
Солдаты стреляли методично, по уставу. Короткие очереди, смена позиций, прикрытие товарищей. Но тварей было слишком много. Одного за другим их разрывали когтями и клыками.
Последним пал полковник Орлов. Большой, седой мужчина с георгиевской лентой на выцветшей гимнастерке. Он стоял спиной к стене, методично расстреливая атакующих из ППД. Кровь стекала по лицу из рассеченной брови, но рука не дрожала. Когда щелкнул пустой затвор, Орлов на мгновение оглянулся на тела товарищей, разбросанные по бетонному полу, достал последнюю гранату Ф-1. Выдернул чеку крепко прижал "лимонку" к груди и выпрямился во весь рост, глядя прямо в морды приближающихся тварей.
"Встретимся там, братцы..." — тихо прошептал он, и взрыв поглотил последних тварей вместе с ним.
— Что ты видел? — спросил Док.
— Их последний бой. Они сражались до конца. — Егор потер виски. — Профессионалы. Не паниковали, действовали по уставу.
Шум в туннеле усилился. Твари приближались.
— Нет времени, — сказал Кардинал. — Берите что можете и уходим.
Они набили карманы камнями и бросились к выходу. Проход вывел их в техническое помещение с лестницей наверх. Поднимались осторожно, прислушиваясь.
— Мы под старой промзоной, — определил Док по маркировке на стенах. — Отсюда можно выйти на поверхность.
Люк поддался с трудом. Вылезли в полуразрушенный цех. За окнами была ночь, лил дождь.
— До рассвета часа четыре, — сказал Кардинал. — Нужно найти транспорт.
Двинулись через промзону, держась теней. И тут Егор снова почувствовал это — странное ощущение чужого присутствия. Но не тварей. Людей. И это присутствие казалось... знакомым.
— Кто-то есть впереди, — предупредил он.
Они залегли за грудой металлолома. Через минуту из-за угла показалась группа вооруженных людей. Егор узнал военную выправку, манеру двигаться. Но когда он присмотрелся к лицам, сердце ушло в пятки.
Впереди шел знакомый силуэт. Вершинин! Егор испытал одновременно радость и удивление — раз он сам попал в Мешок, то и другие из их БТР могли выжить.