Координата Z полностью

В рэпе же пацифистское единение – почти тотально. Из 50 наших топовых рэп-музыкантов – 48 болеют за Украину. Из них 40 вслух, 8 молча. И только у двоих предполагается иная точка зрения (о которой они, впрочем, никому не сообщили).

Ну, так вот и в русской поэзии – заговор воинствующих проукраинских пацифистов и тихая катастрофа.

Да, у нас есть мастера старшего поколения – неумолимая Юнна Мориц и Юрий Кублановский. Но этих наш либеральный партком давно списал.

Есть следующее поколение: Олеся Николаева, Светлана Кекова, Станислав Минаков, Мария Ватутина. Но этих партком и так едва различал – слишком «православные».

И есть новое поколение: Анна Долгарева, Александр Пелевин, Семён Пегов. Но на этих придонбасснутых с 2014 года стоял жирный крест – и в списки на допуск в руслит их даже не вносили.

Имелся ещё ряд сочувствующих, но они старались не слишком отсвечивать: себе дороже, костей потом не соберёшь.

Как бы то ни было, все основные институции и прочее распределение плюшек к 2022 году оказались в руках понятно кого.

Поэт Игорь Караулов имел в литературном истеблишменте свои высокие котировки, но разом – 24.02.2022 – попал под камнепад внутренних санкций, и его тут же выписали из литературной элиты и записали в пропагандистские графоманы. У них с этим быстро.

…Помню такую историю.

В 1991 году, как известно, случилась либерально-буржуазная революция, и к власти пришли коллективные сторонники нового всеблагого демократического порядка, с объединяющей их идеей, что «у России национальных интересов нет». А если кто говорит, что интересы есть, и поддерживает всякое там, например, приднестровское сопротивление, – эту «гадину надо раздавить».

К числу редких гадин относились Валентин Распутин, Станислав Куняев, Юрий Бондарев, вернувшиеся с Запада Лимонов и Зиновьев, а также Александр Андреевич Проханов.

И вдруг к ним, к этим маргиналам и, как их тогда называли, «коммуно-фашистам» (ничто не ново под луной), примкнул приличный, казалось бы, человек – глава Литературного института Сергей Есин.

Ему тогда позвонил один из либеральных вождей и пообещал: «Ты будешь засыпать и просыпаться в дерьме. Там мы тебя и утопим».

В сущности, это краткое содержание нашумевшего весеннего письма 2022 года Бориса Акунина к той русской (и прорусской) интеллигенции, что посмела не осудить войну.

«Ты будешь засыпать и просыпаться в дерьме. Там мы тебя и утопим».

Ровно о том же уведомили вчерашние обожатели Игоря Караулова, узнав о том, что он посмел «поддержать войну».

Так и живём. Из века в век.

Многих огорошил посреди войны случившийся отказ Юрия Шевчука выступать в одном сибирском городе на сцене, украшенной буквой Z. Буква там висела до появления Шевчука, и снимать её по требованию певца не стали. В итоге концерт отменили.

Сын советского фронтовика Шевчук вернулся в свою подмосковную деревню думать о греховности мира и печально смотреть в закат.

Я несчётное количество раз видел и слышал в машинах и располагах ополчения, в кафе «Сепар», где позже погиб Захарченко, на мобилах добровольцев песни Шевчука, Басты, Гребенщикова, Глеба Самойлова, группы ГРОТ.

И всякий раз, если затевался разговор, что перечисленные мной выше ребята никогда не приезжали на Донбасс, зато периодически катаются до Киева, в 100% случаев ополченцы улыбались: «Да ладно… песни-то хорошие…».

Как будто сговорились заранее.

Так как эта тёплая и улыбчивая снисходительность воспроизводилась восемь лет подряд и перешла в девятый год, стоило бы сказать, наконец, что незлобивость и милосердие – отличительные черты русского военного человека.

Арсен «Моторола» Павлов так вообще украинскую группу «Океан Эльзи» крутил в своей машине на полную громкость: украинский изучал (и выучил), да и песни ему нравились.

Однако певчая (и пишущая, и в кино играющая) наша интеллигенция, увы, не имеет и малой доли той снисходительности, что свойственна русскому солдату и ополченцу.

Напротив, оценки интеллигенции – почти всегда резки, непримиримы, радикальны.

Они вроде бы против войны, но, когда их слушаешь, не покидает ощущение, что они сами и есть война.

Если не «убийцы и мародёры!» кидают они в сердцах, то уж точно «хуй войне!». Как будто от этого твоего «хуя» кто-то будет спасён, или вылечен, или накормлен.

В ответ на «песни-то хорошие» могли бы из их уст, например, прозвучать хотя бы вот такие слова: «Война – зло, но мужики там хорошие, я спою для них в госпитале, а ещё дам 100 рублей на перевязки, на бинты, вот, держите».

Потом эти музыканты могли бы и украинским пленным или раненым помочь. И украинским беженцам, само собой. Потом или до, неважно.

Все бы это поняли. Солдаты и ополченцы – поняли бы наверняка. Никто бы не осердился.

Но этого наши артисты не делают.

Пресловутого гуманизма русской культуры не хватает на подобные жесты. Христианского чувства – недостаёт.

На «хуй войне!» только хватает.

И тогда приходится снова задаваться этим наивным вопросом: а где же сейчас Христос, чем он занимается, как живёт?