Обычный российский парень с интересным хобби - приборный поиск или в простонародье - кладоискательство вдруг начинает сталкиваться со зловещими мистическими вещами. В попытке разобраться и выпутаться из сложившейся ситуации он всё больше и больше попадает в круговорот таинственных и необъяснимых приключений. 18+ Содержит нецензурную брань.
Ясная майская ночь накрыла станицу своей тёмной пеленой. Месяц на небе то показывался, то снова прятался за облаками. Молодой казак Макар Лысаков молча шёл в сторону станичного кладбища. Сердце тревожно билось, но душа надеялась на лучшее. Он несколько раз оглядывался в сторону родной станицы. Опасался, не крадётся ли кто за ним в темноте, ненадолго останавливался, чутко прислушиваясь. Но нет, в степи стояла полная тишина, лишь изредка нарушаемая стрекотанием неведомой живности.
Обе руки казака были заняты. Одна сжимала старую проржавевшую лопату, другая — острую дедовскую саблю. Дело ему предстояло серьёзное. От которого, можно сказать, зависела вся дальнейшая жизнь молодого парня. По крайней мере, так считал сам Макар.
Неудачное сватовство к дочери казачьего старшины[1] красавице Евдокии омрачило былую раздольную и бесшабашную жизнь донского казака. Старшина Яков Гуща, выйдя к сватам на крыльцо в богатом бархатном кафтане, даже не пустил их в дом, сразу отрезал: «Не того поля ягода ваш Макар. Голь перекатная, не имеющая ничего за душой, кроме старой дедовской сабли. За такого дочь свою не отдам». Да и сама Евдокия, увидев в окне засланных сватов, скривила пухлые губы: «Не люб он мне». Хотя сама на прошлую Купалу[2] задиралась да ластилась. Загрустил с того времени Макарка шибко. Где взять деньги да разные "цацки"[3], столь любимые семьёй домовитого казака?[4] "Походов за зипунами«[5] пока не предвиделось. А в последнем Лысакова совсем некстати ранил толстый татарин, хорошо приложившись кривым ятаганом. Если бы в самый последний момент не сумел увернуться, покатилась бы его светлая голова по зеленой траве. Да и так посёк прилично. Какое тут думать о добыче. Рука бы осталась целой. А то какой он казак без правой руки! Так и остался без ничего в том походе. Но выручила родная бабка Маланья, дай Бог ей доброго здоровья, поведала Макару историю про Тимофея Гурьева.
Был в её юность такой удачливый богатый казак. Всю жизнь прожил замкнутым и неженатым, хотя в молодости, да и позже, уже в зрелом возрасте от девок отбоя не было. Ещё бы, ведь он с каждого «похода за зипунами» и с каждой войны привозил по телеге разного добра. В станице ходили завистливые слухи, что, мол, водится он с нечистым. От того у него всегда и добычи больше всех, вровень со старшинами, а пули и сабли вражеские его не берут. Тратил он мало, всё куда-то копил, но одевался богато и оружие было одно из самых лучших в казачьем войске. Складывал всё барахло, говорят, в погреб, опасаясь пожара или завистливого недоброго человека. А перед своим последним походом на турок куда-то всё спрятал. Ибо когда погиб Тимофей, поднятый на турецкие пики, то люди, пришедшие к нему в дом, ничего не нашли. Ни дорогой одежды, ни лишнего оружия, ни кошелей с деньгами да золотыми побрякушками.
И только бабка Маланья, бывшая тогда ещё девчонкой, знала его тайну. Она с вечера ловила раков в озере рядом с кладбищем и задержалась там до ночи. А когда уже собиралась идти домой, увидела, как приехал Тимофей Гурьев на телеге, запряжённой своей вороной кобылой, остановился у большой груши и под ней всё зарыл. То ли чувствовал, что время его истекло в этом мире, то ли по какой ещё другой причине...
Только когда он закопал своё добро, стал махать руками и что-то читать нараспев. И появился рядом с ним огненный рогатый демон, до полусмерти напугавший девчонку. А Тимофей пожал ему руку, указал на место, где только что зарыл свои сокровища, и подарил свою лучшую саблю, отделанную золотом. Бабка Маланья, забившись под старый вывороченный корень, всё своими глазами и видела. А потом не вернулся Гурьев от турок и его курень[6] отдали другому казаку с семьёй, которые погорели перед этим.
Видя Макаркину кручину и жалея единственного внука, рассказала ему о своей детской тайне. Сводила к кладбищу, показала старую грушу и место, где всё происходило. Загорелся Макарка, хотел было сразу бежать за лопатой да выкапывать Гурьевское добро, но бабка осадила парня: «Не торопись, выжди время до 23 травня.[7] Это день святого Симона Зилота Кананита.[8] Он помогает с нечистой силой бороться и клады поднимать. А то ушлый Тимофей заговорил своё добро, и нечисть его просто так не отдаст. Опасное будет сие занятие, сам можешь сгинуть без следа».
