С того момента, как смартфон Адама ожил от звонка Энн, прошло уже немало времени, но молодого человека не переставали беспокоить предположения, что именно девчонка собиралась ему сказать.
– Неважно! – прорычал Адам в пустоту и бросил телефон на журнальный столик. – Уже неважно!
Прикрыв ладонями глаза, он попытался отвлечься, но память упорно возвращала его к Энн: ее голосу, ее взгляду, ее манере закусывать палец от волнения.
Раздумья об этой девчонке были для Адама сродни проклятью: тяжелыми, раздирающими, целиком и полностью поглощающими его мысли. Причем, если в доме Ларуса Адам смотрел на Энн только как на копию дочери Саида, то сейчас возникающие в голове образы девчонки начинали существовать самостоятельно, независимо от Алии.
