Город между мостами в Стокгольме — это то же, что остров Сен-Луи и Сите в Париже: это сердце столицы, квартал, самый богатый памятниками истории. И так же, как в Париже, этот многовековой квартал окружен водой и связан с остальным городом многочисленными мостами. Если не считать двух улиц, идущих по его краям, уже с девяти часов вечера он погружается в удивительное спокойствие.
«Опель» встал на стоянке почтенной Биржи, являющейся также резиденцией Шведской академии.
Трое мужчин устроили совещание, как только вышли из машины.
— За телефоном-автоматом далеко бегать не придется, — сказал Раффе, указывая пальцем на кабину, установленную на одной из сторон площади.
Коплан посмотрел на часы.
— Хм… Без пяти десять. Думаю, можно звонить Равиньяну.
— Звоните, — согласился Мобер. — У вас есть монетка?
Они вместе направились к телефону, Франсис, найдя нужную монету, вошел в стеклянную кабину.
Должно быть, телефон стоял у Равиньяна под рукой, так как он снял трубку сразу.
— Как прошла беседа? — спросил Коплан.
— Скоглунд не пытался выпендриваться. Мне кажется, он был очень естественным. Что касается мадам, она свалилась с неба. По крайней мере внешне.
— Она не отговаривала Ингвара приходить к ней?
— Нет. Скорее ей не терпелось узнать больше. Но она также могла быстренько собрать чемоданы после звонка и отвалить, не заботясь о Скоглунде.
— Ладно, спасибо, — произнес Коплан. — Я свяжусь с вами после одиннадцати часов, если позволят обстоятельства. Счастливо, Равиньян.
Он повесил трубку, вышел, позвал своих спутников.
— Дело пошло, тип толкнул свою речь, — объявил он. — Пошли к мамаше Карлсон.
Остерлянггатан была в двух шагах. Они дошли до нее менее чем через пять минут, и когда увидели вдали дом, Коплан открыл свои планы.
— Вы станете по обеим сторонам улицы таким образом, чтобы следить за странными передвижениями, которые могут произойти в ближайшее время. Спрячьтесь под козырьки подъездов, и чтобы вас не было видно. Я буду наблюдать за домом и проходить мимо вас через довольно равные промежутки времени. Если что-то заметите, скажите мне.
— А если женщина выйдет, пока вы вне пределов видимости? — поинтересовался Мобер.
— Вы ее возьмете. Тот же прием, что и со Скоглундом. Не найдя вас, я буду знать, что вы вернулись в машину, и присоединюсь к вам у Биржи.
— Договорились, — согласился Мобер. — Я встану на углу одной из улочек, перпендикулярных этой: они чертовски похожи на старую Ниццу или порт Генуи… Я всегда смогу спрятаться, если появятся какие-то типы.
— А я, — сказал Раффе, — устрою наблюдательный пост рядом, на противоположной стороне тротуара.
— Особенно внимательно смотрите за машинами, — подчеркнул Коплан. — Любая машина, останавливающаяся возле дома тридцать три, подозрительна сама по себе, а если из нее никто не выходит, тем более.
— Усек, патрон, — шутливо сказал Мобер, прежде чем уйти.
Через секунду Коплан расстался с Раффе и принялся прохаживаться по Остерлянггатан.
Становилось холоднее. Уличные фонари, освещавшие старые дома с украшенными фасадами, окружали морозные ореолы.
В неясном шуме, доносившемся из центра города, иногда выделялся гудок сирены буксира или далекий звон церковного колокола, отсчитывающего часы.
Проходя мимо дома тридцать три, Франсис заметил свет в двух окнах второго этажа.
Готовила ли мадам Карлсон чашку чая, чемодан или пистолет?
Коплану казалось, что он ходил вокруг дома на Остерлянггатан целую вечность.
Короткие отчеты, которые он получал на ходу от Мобера и Раффе, ничего не давали. Сам он, несмотря на свою бдительность, тоже не обнаруживал ничего необычного.
К наступлению назначенного времени три наблюдателя были убеждены, что женщина не вызвала боевиков для перехвата Скоглунда. Она не выходила из дома, и никто не останавливался перед ее дверью.
Коплан подошел к Моберу, дежурившему на углу маленькой темной улицы.
— Пусто, — сказал он лаконично.
— Да, — разочарованно признал Мобер. — Единственное, что я замечаю, это то, что у меня замерзли ноги. Моя любовь к тайным операциям значительно уменьшилась с утра.
— Однако я поручу вам дополнительную работу, — сказал Коплан без малейшего сожаления. — Поскольку мамаша Карлсон ждет Скоглунда, а вместо него визит ей нанесу я.
Мобер поднял брови.
— А если ловушка внутри дома?
— Такая возможность не исключена, но все же маловероятна, — произнес Коплан. — Если женщина связана со стрелком с Бромстенгатан, она должна от него узнать, что Скоглунда увезли инспектора. Следовательно, телефонный звонок мог ей казаться ловушкой и побудить уничтожить все компрометирующие следы, какие у нее были.
— Черт! — буркнул Мобер. — Тогда поторопитесь!
