Слушатели сидели, раскрыв рты. Джонсон завозился на полу, не сводя мутного взгляда с лектора. Он все слышал, хоть и воспринимал сказанное в пол-уха, без особого пиетета. В голове звенели колокола, мир медленно обретал четкость. Где-то на задворках сознания рефреном крутилась фраза двойника: «Главное не зассать!» На полу было холодно, но этот холод бодрил. «Робу из-за тебя испачкал, скотина!» — со злостью подумал Даг.
— Теперь главное, зачем все это нужно, — скрипучий голос Бляхера возвысился, намекая на важность момента, — Ротация необходима, чтобы мы здесь получили ценные кадры! Не обольщайтесь, ценны не ваши навыки и умения, хотя и они пригодятся. Наиболее важно то,
Пафосная речь попала на благодатную почву. «Студенты» благоговейно замерли и взирали на лектора, затаив дыхание. Красоту момента нарушил только звук смачного плевка.
— Слышь ты, как тя там, Бляхер? — Джонсон медленно поднялся, опираясь на ближайшую парту, — Я тут подумал… Иди-ка ты в жопу!
Даг ожидал, что «профессор» взбесится. Разорется, затопает, скатится в мат-перемат. Не тут-то было. Вместо этого Бляхер смотрел поощрительно, с каким-то болезненным интересом. Будто впереди ожидалась изрядная потеха. Хищная улыбка исказила и без того неприятное лицо лектора. Он кивнул аскеру, и демонстративно облокотился на стол, приготовившись наслаждаться зрелищем.
Кеоколо спокойно выдвинулся навстречу Джонсону. В какой-то момент Дагу показалось, что противник ему подмигнул. А потом аскер в мгновение ока оказался рядом. Двигался он так быстро, что уследить за перемещениями оказалось сложновато.
Даг вытянул руку в качестве защитной предосторожности. Открыл рот, собираясь что-то сказать.
В следующий миг запястье взорвалось болью. В районе солнечного сплетения родился взрыв, разом выбивший дыхание и заставивший сгорбиться. Пол неожиданно подпрыгнул и ударил Джонсона по лицу.
Все произошло так быстро, что Даг не успел испугаться. Лежа на холодном полу, он чувствовал, как из разбитого носа течет кровь. Острая боль прошла почти сразу, превратившись в ноющую, но вполне терпимую. Запястье двигалось свободно. Даже дыхание выровнялось, из судорожных хрипов превратившись в размеренные посапывания.
На пару секунд он все же отключился. Когда сознание немного сфокусировалось, до слуха долетел скрипящий голос Бляхера. Тот продолжал вещать, будто ничего и не случилось. Лишь изредка поглядывал на побитого парня с нескрываемым сарказмом.
«А ему ведь это нравится, — решил Даг, — Сволочь такая, кайфует, когда других бьют!»
По какой-то причине Джонсон совершенно не испытывал злости к аскеру. Просто солдат, просто выполняющий свою работу. Профессионал. Орудие, если угодно. Никто не винит молоток или нож, если поранится. Виноват тот, кто инструмент использует.
А вот «профессор» — другое дело. Какие-то садистские наклонности в нем явно имелись. Даг посмотрел на кислую рожу Бляхера. В душе зародилась плохо контролируемая злость.
Никогда прежде Джонсон не составлял «черных списков». Но именно сейчас ему захотелось начать. Первая кандидатура в лист мщения сейчас пискляво вещала с «кафедры». И не то чтобы «профессор» так уж сильно ему досадил. Терпимо. Переживет. Но оставить происшествие безнаказанным — себя не уважать.
«Еще поквитаемся», — решил Джонсон, кое-как устраиваясь поудобнее на холодном полу. Вставать решительно не хотелось. По крайней мере до тех пор, пока пожар в солнечном сплетении не утихнет целиком.
— Вы все должны учиться, — «профессор» продолжал разглагольствовать, — И для этого у нас есть три пути. Инженерный, куда пойдет большинство из вас. Магический, куда пойдет меньшинство. И путь аскеров, для которого вы, скорее всего, изначально не годны.
Он оглядел аудиторию с показным сомнением, будто тут собрались наихудшие отбросы общества. Кивнул сам себе и неторопливо продолжил.
— Пусть вас не смущает магия. Вы все попали сюда из разных миров, и некоторые с таким понятием знакомы только по сказкам. Так вот: здесь это обыденность. Не сложнее, чем забить гвоздь молотком. Правда, дар есть далеко не у всех… Скажем, я буду очень удивлен, если среди вас найдутся двое с хоть сколько-нибудь значимым магическим потенциалом.
Дагу все это показалось сущей ерундой. Какая, к дьяволу, магия? Здесь что, ходят волшебники в кожаных плащах и широкополых шляпах? С посохами и книгами заклинаний? Хотя… Может быть, они выглядят не столь напыщенно. Как мрачные заморыши в старом тряпье, например. Как тот странный человек, что встретился на входе и напугал до потери сознания.