На границе Рейнбурга Кора сбавила скорость. Рейнбург — это город неподалёку от Пустыни, в котором жила Рема. Такие города принято называть наукоградами: два продуктовых, один парк, и местные жители — все те, кто не связан с торговлей, — все до одного работают в Научном Центре. Это значит, что в парке, в какой-нибудь пятничный или субботний вечер, можно видеть, как люди играют в шахматы, а на соседней лавочке, кто-то спит в своей рвоте, и этот кто-то вполне мог оказаться с равной вероятностью как нерадивым разнорабочим, так и научным сотрудником Центра, и разбираться ни у кого желания не было, ведь в случае если это всё же окажется человек из Пустыни, придётся выслушивать его занудные бредни о великих но недооцененных теориях, или о странных материях, которые он увидел в состоянии измененного сознания, которые ведут его на путь решения его задачи, и о которых он, к сожалению (или к счастью) забудет, когда протрезвеет.
Кора припарковалась у дома, соседнего с домом Ремы, за поворотом, чтобы не привлекать внимания. У Ремы был небольшой дом с участком, ограждённым невысоким белым кованым забором с орнаментом. Ворота бесшумно отворились, и Кора на мгновение ощутила себя в теле Ремы: она представила, как всегда радостная рыжеволосая женщина в юбке изумрудного цвета и белом пиджаке возвращается вечером после работы домой, где её встречает пышный сад, который она развела у входа. Наверняка все соседи любили Рему. Просто за то, что всё вокруг неё, как и она сама, было таким красивым, нежным и женственным.
Кора поднялась на веранду и ключом открыла дверь, а затем заперла её изнутри. В широкой гостиной, объединенной с кухней, было темно. Справа от двери стояла стойка с обувью и одеждой, а слева — тумба с зеркалом, уставленная косметикой и парфюмом. Противоположную от входа стену, почти всю, занимал стеллаж с книгами. Напротив стеллажа стоял небольшой журнальный столик и широкий кожаный диван. За спинкой дивана стоял шахматный стол. Правда, судя по тому, что на нем стояла чашка из-под кофе и блюдце с недоеденным пирогом, стол использовался как обеденный. Кухня располагалась справа от входа и была отделена от основного пространства барной стойкой. Слева от входа были две двери, ведущие в другие комнаты.
На стойке с обувью пустовало место красных туфель, которые так любила надевать Рема. Не было и её лёгкого пальто, рабочей сумки и зонтика. Рема ушла и не вернулась. Кора проверила ящики тумбы: ножницы, сигареты, принадлежности для чистки обуви. Странно, Рема вроде не курит.
Кора подошла к шахматному столу: в кружке плавала плесень, на паркете под одним из стульев, со стороны которого стояла посуда, были видны царапины. Она жила здесь одна. Паркет под стулом напротив был как новый.
На барной стойке стоял чайник с заплесневевшими остатками кофе. В шкафчиках над столешницами были чаи и крупы. Рема, судя по всему, была настоящим чайным коллекционером. Кора не могла и представить, что кому-то придет в голову покупать столько разных видов чая. В одном из ящиков стояла деревянная хлебница, на которой были вырезаны замысловатые узоры. Резьба была необычно красива, и Кора решила рассмотреть хлебницу. Она взяла её в руки и оказалось, что внутри неё было что-то значительно тяжелее хлеба. Кора решила открыть крышку, но та не поддалась: пальцы Корнелии встретили внезапное сопротивление и металлический холод замка.
С этого момента она начала осматривать всё подряд. Казалось, что ключ может быть где угодно: в банке кофе, в коробке с чайными пакетиками или (о нет) в крупе. Потратив некоторое время на перетряхивание банок, в надежде услышать металлический звон, Кора оставила эту затею: у неё было слишком мало времени. Она бегло просмотрела нижние ящики. Посуда, посуда, аптечка: обезболивающие, антигистаминные, успокоительные, антидепрессанты и баночки без подписи… Ничего.
Кора обвела взглядом зал и вновь подошла к шахматной доске, на этот раз внимательно осматривая стол вдоль и поперёк. Стол был разделён на две половины, как и следовало ожидать. Обычно, в одной половине хранятся белые, а в другой — черные фигурки. Обе половины были заперты. Кора тихо недовольно зарычала и продолжила обыскивать дом. Она проверила карманы всех курток Ремы, и в одной из них нашла её пропуск в RCD. Она ушла не на работу.
Кора посмотрела на огромный стеллаж и с ужасом подумала о том, что ключи могут быть спрятаны в многочисленных книгах. Она вытащила какую-то книгу по ботанике, в которую было вклеено огромное количество стикеров, а затем просто поставила обратно. А что ещё делать? Кора не знала, что искать, а даже если бы и знала, это заняло бы явно больше времени, чем у неё было.
