— Ну, ладно, ребята, топайте побыстрее домой,— поторопил их Кнопочка,— а то дождь прихватит. Приходите ко мне в любое время, после школы, конечно! Сами соображаете — ученье свет, неученость — тьма!
Где-то в отдалении пророкотал гром. Краснокожие со всех ног припустились домой, договорившись о встрече.
Сенька Гамбург прислал письмо. Письмо дышало почти океанскими страстями, гигантские волны восторга яростно рокотали в каждой его строке. Сенька восхищался великолепным городом Баку, улицы которого располагаются огненными ярусами. Приморским бульваром, где растут настоящие пальмы и бьют великолепные фонтаны. Портовыми причалами, у которых с двух сторон отшвартованы красавцы-танкеры, островом Нарген, плавающим у самой кромки горизонта, который кажется погружающейся в морскую пучину подводной лодкой, и конечно же — родным морским техникумом!
«
«Ишь, как чешет,— подумал Санька,— небось с морскими боевыми командирами за ручку здоровается!..»
«…
На отдельном листе, вложенном в конверт, была написана таинственная азбука: точки и тире.
«Быть Сеньке главным флотским командиром! — с уважением подумал Меткая Рука, перечитывая заново письмо друга.— Посмотрите на него, учится, можно сказать, без году неделя, а уже успел столько освоить!.. А мы с Кимкой даже КиС построить не сумели!.. Да, а еще о чем это он там пишет?! Ага, вот!..» — И удивленный Санька чуть ли не по складам прочел:
«Н-да! — Санька в раздумье поскреб в затылке.— Неужели и этот, как и Кимка, влюбился?! — И сам же себе ответил: — А почему бы и нет!»
Саньке стало грустно: все вокруг влюбляются, переживают, а он, Санька, как чурбан, а еще стихи пробует писать!
Меткая Рука невесело усмехнулся: надо срочно влюбиться! В кого вот только? Может, в Настеньку Казанкову? Как-никак, а отличница… Кудрявая… Правда, ростом не удалась и глаза с раскосинкой. Но это не беда, Санька сам не богатырь!..
Итак, решено, он влюбляется срочно в Настеньку!
Санька зажмурил глаза, пытаясь представить ту, которая должна наполнить его жизнь романтическим волнением, но из этого ничего не получилось. Казанкова предстала перед его мысленным взором, но в каком виде?!
Она гримасничала, чего никогда в жизни не делала, показывала язык и вместо там всяких нежных слов посылала Меткую Руку ко всем чертям!
Саньку охватило отчаяние. Это потому, утешал он себя, что я не влюблен. Был бы влюблен, по-другому бы предстала.
«Бревно! — ругал он себя.— Стоптанный валенок!.. Старая кочерга!.. Люди как люди — влюбляются, страдают, а ты даже этого не можешь!.. Нет, могу! — опроверг он тут же сам себя.— Возьму вот и напишу ей письмо… Вот только как написать — в стихах или в прозе?.. А что если азбукой Морзе?..— От этой неожиданно пришедшей блистательной мысли Санька пришел в восторг.— Так и сделаем!..»
Вырвал из новой тетради два листа лощеной бумаги, вытер промокашкой перо и, поминутно сверяясь с Сенькиным заветным листиком, сочинил к началу занятий довольно длинное любовное послание…
