Там его ждал Константин Иванович. Тот сидел перед огромным панорамным экраном, на котором отображалась сложная схема звездолета с множеством подсвеченных элементов.
— Здравствуй, Михаил, — сказал он, не отрываясь от экрана. — Ты вовремя. У нас тут небольшая… проблема.
— Что случилось?
— Что-то в одном из вычислений данные не сходятся. Проверишь?
Командир ткнул в таблицу с формулами.
— Так, посмотрим, что тут у нас…
Михаил некоторое время изучал расчеты, затем сообщил:
— Все дело в странных данных, полученных с одного из зондов. Должно быть, это была какая-то техническая ошибка. Если взять среднестатистические показатели, то все цифры сходятся.
Константин нахмурился.
— Техническая ошибка? — переспросил он, — ты хочешь сказать, что зонды передали недостоверную информацию? Тогда как мы будем рассчитывать траекторию звездолета, когда минуем пояс Койпера?
— Зонды передают правильную информацию. Это подтверждается выводами нескольких независимых ученых, результатами экспериментов, наконец, это укладывается в существующую модель Вселенной, которая тоже подтверждается экспериментами…
— Это я знаю. Но…
— Да, иногда существуют флуктуации. Мы не учитываем их в расчетах, отбрасываем. Ты же знаешь. И тогда расчеты сходятся.
— Да, но меня, все же, беспокоят эти флуктуации. Откуда они берутся? Технические неполадки? Но все программное обеспечение роботов прошло строгое тщательное тестирование. Все детали, приборы, много раз проверялись и перепроверялись. Брак исключен. Тогда откуда эти «технические неполадки»?
— Не исключено, что какой-то трудноуловимый баг все-таки проник в программу.
— Вот это меня и беспокоит. А что если такой же баг окажется и в программном обеспечении нашего звездолета? А некоторые роботы вышли из строя, между прочим. Уж не из-за бага ли?
— Возможно, — задумчиво проговорил Михаил, — но роботы летят сами по себе, а здесь, на борту, есть инженеры по автоматизации. Они подправят программу, если баг найдется.
— Это так. Но меня все же очень беспокоит этот факт. Будет время, займись этим, пожалуйста, выясни, в чем причина флуктуаций.
— Хорошо, — ответил Самсонов.
Уж он-то знал, что времени впереди, как говорят, «вагон и маленькая тележка».
Ульяна вошла в вычислительный зал в тот момент, когда Михаил неподвижно сидел перед двумя экранами. На одном он наблюдал за тестовым полетом ремонтного робота вокруг звездолета, на другом просматривал логи бортового компьютера.
— Я соскучилась, — сказала она, — как у тебя дела?
— Да нормально… вот, текущей рутиной занимаюсь.
Его голос слегка дрогнул, когда Самсонов вспомнил про озабоченность командира.
— Что-то случилось?
— Да нет, все идет в штатном режиме.
— Но тебя что-то беспокоит, не так ли?
— Хм… ты весьма проницательная. Да, кое-что меня беспокоит, хотя не сказать, что очень уж сильно. Командир приводил расчет траектории звездолета. И решил учесть странные данные, которые были получены в прошлом с автоматических зондов. Естественно, расчеты у него не сошлись. И правильно, это же статистические выбросы, по всем правилам вычислительной математики, мы их отбрасываем, не принимаем в расчеты.
— И?
— Он полагает, что мы не должны так просто отмахиваться от подобных статических отклонений.
— Почему?
— Не верит в то, что это случайный сбой.
— А ты как считаешь?
— Я? Я думаю, что все-таки это баг в программе. Или что-то вроде того. Погрешность измерительных приборов, наконец. Такое иногда случается. Мы не должны придавать этому большого значения. Но… кажется, он заразил меня свои беспокойством. В конце концов, если это баг, то почему он проявляет нерегулярно? Что, если и в программе нашего звездолета есть ошибка, которая потом выйдет нам «боком»?
— Но ты же инженер по автоматизации. Ты разберешься, правда?
— Правда, — в голосе Михаила далеко не было уверенности.
— Ладно, — сказала Орлова, — можешь не объяснять. Наверное, я все равно не пойму эту математику. Пройду, немого прогуляюсь по «трубе».
Все работы по тестированию были выполнены вчера. Сегодня свободный день. Сначала Михаил и Ульяна предавались любовным утехам, но их запал иссяк еще на Земле, когда они почти целый год провели только вдвоем. И вот сейчас, лежа на кровати, они придумывали, чем бы заняться.
— В бункере мы бы отправились на тренажеры, — сказала Орлова.
— И тут есть спортзал, — напомнил Самсонов.
— Спасибо, мне спорта хватило в бункере.
— Ладно… тогда я, пожалуй, пойду в библиотеку. Есть еще много неизученных знаний.
— А я пойду прогуляюсь, поспрашиваю, что другие делают.
