«Была не была, попробую аккуратно пообщаться с ним на эту тему, — подумал Шпилька. — Вдруг повезет?»
Это решение несколько успокоило его, и Антон, пытаясь усыпить бдительность Марьяны, холодно пообещал подумать над ее предложением.
— И все-таки не пойму, почему ты его убила ножом? Неужели не было другого способа? — язвительно бросил он. — Не знал, что ты такая кровожадная!
Откинувшись на спинку кровати, Марьяна презрительно фыркнула:
— Ты от страха совсем голову потерял! Ты что, не помнишь, когда мы услышали крик, я была рядом с тобой, так что я при всем желании не могла убить адвоката.
— Значит, это мог сделать Родион, — упрямо заявил Антон. — Он приехал сюда, увидел Крейкера, не смог с ним договориться и убил.
— А как Крейкер попал в мою квартиру? — ухмыльнулась Марьяна. — Ты великий фантазер.
— Значит, ты убила его, — уперся Шпилька.
— Ну да, — расхохоталась Марьяна. — Я напоила тебя колдовским зельем, впустила Крейкера и убила его ножом.
Но Шпилька теперь не верил любовнице ни на грош. А Марьяна продолжала придумывать версии убийства Крейкера, одну чудовищнее другой.
— А кто прислал нам с тобой фотографии, снятые с разных камер? — спросил Антон.
— Понятия не имею, но могу предположить.
— Не надо, — с опаской пробормотал он.
— Не исключаю, что одну камеру поставил по просьбе Родиона сам Крейкер, если Родион действительно его перекупил, — изрекла она.
— Если Крейкер, то, несомненно, у него есть помощник, не мог же мертвец забрать видеокамеру, — усмехнулся Антон. — Значит, помощник знает, кто убийца, и рано или поздно воспользуется этим, или заявит в полицию, или, — хохотнул он, — начнет нас шантажировать. Хотелось бы поскорее узнать, кто владельцы видеокамер.
— Не то слово, — сердито поджала губы Марьяна.
— Кстати, а про твою машину ничего не слышно? — поинтересовался Антон.
— Пока нет, — беспомощно вздохнула она.
В тот же день Калипсо отправила слуг на берег, и они по ее приказанию порубили и сожгли приготовленные для сооружения плота бревна.
Обнаружив это, Одиссей рвал и метал и не вернулся ночевать к Калипсо, остался на берегу. С этого момента между Одиссеем и Калипсо началась молчаливая, непримиримая война.
«Он же простой смертный! Что ему нужно? — с раздражением думала об Одиссее Калипсо. — Любой за бессмертие все на свете бы отдал, а этот нос воротит. Ничего, еще посмотрим, чья возьмет!..»
Ночь выдалась темная, по океану шла неспокойная рябь. Тревожные порывы ветра рвали упругие, налитые соком листья пальм. Небо было затянуто тучами, и бледный свет луны едва угадывался на небосклоне.
Погода была на руку пленницам, и они с нетерпением ждали полуночи, чтобы беспрепятственно проникнуть на верхнюю палубу. Когда все окончательно стихло, девушки осторожно пробрались наверх. Пульт не подвел, и дверь бесшумно открылась.
Но перед ними возникло еще одно препятствие в виде широкой полупрозрачной панели, закрывающей вход во внутренний коридор.
Ирэна опять воспользовалась пультом, и панель бесшумно ушла в сторону.
Впереди по обеим сторонам слабо освещенного коридора прямоугольниками темнели двери кают. Прислушиваясь, девушки нажимали на ручки дверей, но все каюты оказались заперты.
Внезапно с правой стороны они увидели приоткрытую дверь и голубоватый свет, льющийся оттуда. Девушки осторожно заглянули внутрь. В просторном помещении у противоположных стен стояли две медицинские кровати, оснащенные капельницами. Справа, судя по знакомым очертаниям тела, лежала Лейла, слева сладко похрапывал Лиднер.
Вдруг Лейла застонала и откинула руку. Лиднер шевельнулся и перестал храпеть. В панике девушки бросились бежать на цыпочках, но уперлись в тупик.
Ирэна рванула ручку последней двери слева, она поддалась, и девушки ввалились в темное, прохладное помещение.
Над головой и по бокам загорелись светильники, и стало светло. Беглянки испуганно замерли.
— Вдруг Лиднер заглянет сюда и увидит, что свет горит? — шепнула Вера.
— Давайте поищем выключатель, — предложила Ирэна.
По хромированным хирургическим инструментам, операционным столам из пластика, множеству разных приборов девушки поняли, что это операционная — царство Булата Лиднера.
В атмосфере стерильной чистоты операционной воображение пленниц разыгралось.
— Представляю, что доктор тут вытворяет, сколько душ загубил, ужас! — поежилась впечатлительная Ирэна.
— Откуда ты взяла, что он людей убивает? — испуганным шепотом произнесла Лера, глядя на скальпели.
Вера, разглядывая диковинный прибор, провела по металлической полированной поверхности пальцем. И поддержала подругу:
— Действительно. — Откуда такие мысли?
У Ирэны обиженно дрогнул подбородок.
— Я вам рассказывала про горничную Люси, вы забыли? А то, что Лейла у Булата лицо себе просила, этого мало?
— Ну и что? Может, он Лейле сложную операцию должен сделать, да не одну.
— Может, так, а может, и нет, — не успокаивалась Ирэна. — И вообще нужно срочно убираться отсюда, пока нас не поймали.
— Да погоди ты! — отмахнулась Вера. — Доктор больную сторожит, ему сейчас ни до чего.
