Перемахнув через перила, Георгий толкнул балконную дверь, но и она оказалась заперта. Рассмотреть спальню мешали наглухо задвинутые шторы. Он постучал в окно, но в спальне никто не среагировал, и шторы не шевельнулись.
— Не нравится мне это! — крикнул он. — Попробую стекло разбить.
Не разобрав, что сказал Георгий, Галина открыла окно в холле.
— Что ты говоришь? Я не поняла, — заволновалась она. — Что с хозяином?
— Не видно ничего, шторы закрыты. Найди мне какое-нибудь одеяло или покрывало дай.
— Батюшки, а одеяло-то зачем?
— Сейчас увидишь, — буркнул он.
Взяв инструменты и покрывало, Георгий опять залез на балкон.
Разбить стекло оказалось не так просто, оно было сверхпрочным. Прикрепив к раме покрывало, парень начал бить со всей силы молотком по стеклу, но все его усилия оказались бесполезны.
В конце концов он отказался от своей затеи и, собрав инструменты, убрался с балкона.
Зареванная Галина встретила его на веранде истерикой.
— Точно хозяина в живых уже нет! — рыдала она, закрыв лицо руками.
— Не ной, и без тебя тошно, — прикрикнул Георгий. — Лучше давай, тащи дрель, замок ломать будем.
— А может, лучше МЧС вызвать? — засомневалась женщина.
— Пока они ехать сюда будут, хозяин копыта откинет. Может, он сейчас лежит без сознания и ему помощь нужна?
— Ты прав, Жора, — засуетилась Галина, — давай, вскрывай замок. Только вот в дрелях я не разбираюсь, ты уж сам погляди, а я тебе покажу, где они лежат.
— Сам знаю, — огрызнулся водитель и побежал вниз. Выбрав дрель, он опять поднялся.
По всему этажу пополз едкий запах валерьянки. Дрожащей рукой Галина капала ее в стакан.
Презрительно фыркнув, Георгий насмешливо изрек:
— Иди лучше к себе, все равно от тебя никакого прока…
— Нет, я лучше здесь буду, мало ли чего…
Сердито хмыкнув, Георгий молча занялся делом.
Дрель плавно, словно в масло, вошла в дорогую деревянную дверь.
Сидя в углу перед дверью на корточках, Галина замерла с выражением горестной неизбежности на лице.
Наконец расшатанный замок вылетел из гнезда и с шумом упал на пол. Георгий дернул дверь на себя, и она с тихим скрипом отворилась. Галина, едва дыша от волнения и страха, шагнула вслед за водителем.
Плотно закрытые портьеры из тяжелого шелка цвета серебра не пропускали свет, и в спальне было темно.
Георгий нажал на выключатель, зажегся яркий свет. И предстала жуткая картина.
Поперек широкой кровати навзничь, совершенно голый, неподвижно лежал их хозяин Родион Алексеевич Проглядов. Рядом с ним в неестественной позе застыла молоденькая обнаженная блондинка. Перед кроватью на низком столике стояли пустые бокалы и почти допитая бутылка коллекционного вина.
На пушистом светлом ковре кроваво алели разбросанные лепестки роз. Оборванные головки и стебли цветов валялись тут же.
Мраморная неподвижность тел красноречиво говорила, что хозяин и его гостья мертвы.
Георгий взял холодную как лед руку хозяина и попытался отыскать пульс.
Прикрыв ладонью рот, Галина всхлипнула:
— Ты что, не видишь — он мертвый!
— А ты говорила, «Скорую» вызывать надо, — загробным голосом произнес Георгий. — Тут милиция нужна.
— Не милиция, а полиция, — со скорбным выражением лица поправила домработница.
Следственная группа приехала почти сразу.
— Не ожидал, что вы так быстро, — встречая полицейскую машину, мрачно пробурчал Георгий, — все-таки из города.
Коренастый дотошный следователь, лет сорока, в потертой кожаной рыжей куртке подозрительно взглянул на водителя круглыми, словно совиными глазами.
— Глеб Скрыпник, — сухо представился он. — Неужели в доме только вы и домработница? Такой дом, махина, целый дворец, а вы вдвоем.
Выскочившая из дома Галина засуетилась вокруг следователя.
— Так раньше здесь знаете, как много народу бывало… А теперь, — безнадежно махнула она рукой. — После развода хозяина с женой все сбежали, одни мы с Жорой остались.
Капюшон куртки без конца спадал ей на глаза, и женщина то и дело нервно поправляла его. Следователь молча обошел дом, Галина, словно тень, следовала за ним.
Георгий с растерянным, горестным видом остался у входа вместе со следственной группой.
Наконец полицейские поднялись на второй этаж и направились в спальню.
Эксперты сразу же принялись за работу, а Скрыпник, осмотрев место происшествия, в соседней комнате принялся допрашивать водителя и домработницу.
Бросив куртку на диван, он расположился за столом.
— Так вы говорите, что еще вчера хозяин не ответил вам, почему же вас это не смутило и вы сразу не забили тревогу?
Георгий монотонно забубнил в свое оправдание:
— Так я знал, что он не один, а он не любит… — И тут же поправился: — Не любил, когда ему мешали.
— Допустим, — не сдавался следователь, — но вы хотя бы в окно посмотрели, спит он или бодрствует.
— Так он не спал. — Георгий вдруг осекся. — Погодите! Когда мы подъехали к дому, окно спальни ярко горело, а сегодня… Сегодня шторы были плотно закрыты, и света в спальне не было. Ничего не понимаю…
Скрыпник с любопытством, смешанным с недоверием, уставился на свидетеля.
