Того, что случилось дальше, Гросс осознать не успел. Нога прорезала воздух, не встретив ожидаемой цели, тут же что-то хрустко ударило чуть выше левого уха – и в лицо Свену полетел мокрый асфальт, окрасившийся отчего-то в розовый цвет.
Чуть позже, шагая неведомо куда с заломленной назад рукой, старший помощник кое-как выстроил версию происходившего. Конечно же, все дело в завтрашнем грузе, пропади он пропадом! Доводилось краем уха слыхать о секретных подразделениях спецслужб, борющихся с наркомафией далекими от закона методами. Думал – выдумки желтой прессы, а вот поди ж ты... Он расскажет, конечно же расскажет всё! Сдаст и отправителей, и получателей проклятого ящика, и сделает, что ему сейчас скажут... Станет добровольным помощником правосудия, ведь всего лишь за
...Чья-то ладонь надавила на затылок, пригибая голову, ноги чуть ниже колен ударились обо что-то твердое – и мгновением спустя Гросса куда-то втолкнули. Он не удержался, упал, – но тут же был возвращен в вертикальное положение. Противная черная ткань наконец-то перестала липнуть к лицу.
Свен огляделся сквозь прищуренные веки – после темного мешка даже неяркий свет резал глаза.
Фургон без окон, достаточно большой... Вдоль одной стены несколько стоек с непонятной аппаратурой, Свен Гросс опознал лишь ноутбук, подключенный, однако, к огромному плоскому дисплею.
Напротив компьютера в громадном вращающемся кресле сидел человек – тоже громадный. Лицо Свен не мог разглядеть, видел лишь литое плечо, да чисто выбритый череп. Затем кресло медленно развернулось. Темные глаза из-под кустистых бровей уставились на старшего помощника, уставились без какого-либо интереса, словно...
Свен передернулся от пришедшего в голову сравнения, но ему показалось, что смотрят на него не как на живого человека, которого привели для допроса и возможного сотрудничества.
Нет, как на мертвеца, доставленного для очередного, сорок третьего за сегодня вскрытия....
Он хотел отвести взгляд и не смог. Глаза страшного человека затягивали, словно бы гипнотизировали... А может быть, действительно гипнотизировали.
Свен Гросс не чувствовал, как чужие пальцы засучивают ему рукав, как в кожу впивается холодная сталь иглы, как намокают теплым его брюки в районе промежности... Он утонул в бездонных темных глазах, и лишь где-то на краю сознания лениво копошились мысли, что добровольным помощником правосудия ему не стать, и вообще никем уже не стать, что ему не выйти из фургона – его отсюда вынесут...
На вопросы, тем не менее, он отвечал внятно и четко – хотя смысл произносимых слов тут же ускользал.
...Предчувствия не обманули старшего помощника. Три часа спустя (вертолет с Юзефом и его командой уже летел над Северным морем) остывающее тело Свена Гросса обнаружили на пустынной неосвещенной улочке.
Дилетантское орудие убийства, оставшееся в ране – дешевенький тайваньский складной нож – не оставлял сомнений: работа наркомана, промышлявшего на дозу, и случайно угодившего точно в сердце... Обычная в предпортовых переулках история.
Они почти прорвались – но лишь почти... Потому что прорываться было некуда.
Никакого пришвартованного к борту «Тускароры» судна не обнаружилось – но в полусотне метров от эсминца завис над морем катер на воздушной подушке. Судя по потокам воздуха, вырывавшимся из-под раздувшейся юбки аппарата, нагнетающие винты работали на полную мощность, – но отчего-то совершенно бесшумно.
Удивляться техническим новинкам две тысячи восемнадцатого года времени у Лесника и Дианы не осталось – боевики наседали, не жалея патронов. Их оранжевые воротники раскатались в длинные оранжевые накидки с капюшонами, закрывающими лица, – и оказались на деле чем-то вроде бронежилетов. Причем пуля, попадающая с небольшого расстояния в обычный бронежилет, даже не пробив титановую пластину, – контузит и выводит из строя на несколько часов. Эти же... Полное впечатление, что ткань, выглядевшая несерьезной преградой, полностью поглощала энергию летящего свинца – без какого-либо вреда для владельца защитной накидки.
Пули буравили воздух, ударялись о металл надстроек, рикошетили с отвратительным звуком. «Оранжевые», неуязвимые для ответного огня, приближались... Потери их ограничились одним человеком – подвернувшимся под выстрелы агентов у самой рубки.
Отступая, огрызаясь одиночными выстрелами, Лесник и Диана оказались прижаты к корме. Живыми их взять не пытались. И подпускать на дистанцию рукопашной схватки не собирались.
Лесник сплюнул. В обойме осталось три патрона. В последней обойме...
Катер рядом – но в море не прыгнешь и вплавь до него не доберешься... То есть прыгнуть-то недолго, но это значит лишь порадовать противников, организовав для них бесплатный тир...
К тому же экипаж судна на воздушной подушке подготовился к теплой встрече – артиллерийская установка на носу, чем-то напоминающая четырехствольную безоткатку, была наведена на агентов. Однако огонь пока не открывала.
