Корабль уродов полностью

— Это у тебя такие замашки. Кстати, она по ходу твоя знакомая. И вот, что самое интересное — представилась Вренной Вентедель.

Ухмылка на лице Джека поугасла.

— Что за бред? — буркнул он.

— Пошли, познакомишься.

— Пошли, потом доиграем, — молодой оппонент слегка ударил его по плечу, и Джек неохотно поднялся.

Через пару минут они были в коморке на третьем этаже, и из полумрака, отсвечивая алым, на них смотрели два гигантских серых глаза. Джек невольно поежился, и Зимин, его со-картежник, удивленно покосился на него.

— Эй, Хоньев! — позвал Игорь. — Тебя съели? — и в комнатке тут же зажегся свет. Викинг стоял позади стула, на котором сидела девушка.

Джек закрыл глаза, усмиряя непокорное сердцебиение, но стоило ей негромко назвать его по имени, как оно снова пустилось вскачь, отдаваясь болью при каждом ударе.

— Кто это? — спросил Джек.

— Не знаю, — Игорь пожал плечами. — Но, кажется, она знает тебя.

— Зато я ее — нет, — отрезал Джек, бесстрастно заглянув Вренне в глаза. В них отразились злоба и ужас.

— Урод! С каких это пор ты меня не знаешь, придурок?!

Он пожал плечами.

Трое мужчин наблюдали сцену в недоумении.

— Думаешь, я не смогу доказать, что мы знакомы, Джек Вентедель?

Он вздрогнул всем телом.

Вренна высокомерно скривила губы и неспешно начала перечисление:

— Так, ну хорошо, тебе двадцать пять лет, ты много куришь, но последнее время не напиваешься. В Картре ты недавно, меньше года, скорее всего. Встречался с девушкой по имени Юля, но недавно расстался. Живешь на Красной Набережной, дом семнадцать.

Все молчали.

— Шрамы перечислять?

— Не надо, — буркнул Джек.

— Э… — Игорь в замешательстве поднял палец в воздух. — Что это за хрень была?

— Ну да, мы знакомы, но это ничего не доказывает! — огрызнулся Джек, смотря в сторону.

— Чего не доказывает, чувак? — изумленно спросил Зимин. — Это само по себе, знаешь, как-то… подозрительно.

По лицу Вренны медленно расплывалась победная улыбка.

— Чего подозрительного-то? — мрачно и без особой надежды поинтересовался Джек.

— Почему ты притворялся, что не знаешь девушку?

— Девушку, — холодно добавил Игорь, — которая называет тебя Вентеделем. Почему?

Джек отмалчивался, разглядывая пустоту.

— Знаешь, — продолжил Игорь. — Не знаю уж, кто ты там и что сейчас думаешь, но всё это не так плохо. Ты ведь давно хотел аудиенции Сказочника, — Джек наконец поднял на него взгляд. — А с Джеком Вентеделем он встретится значительно охотнее, чем с Евгением Ивановым, — окончил Игорь с усмешкой.

— Постой, ты думаешь?.. — возмущенно пробасил Хоньев. — Это же Джек!

Игорь склонил голову набок и прищурился, глядя на «подсудимого».

— Слушай, Джек, а может, ты и сам признаешься?

— В чём признаюсь?

До них донесся тихий сдавленный смех, и все обернулись к девушке, вальяжно раскинувшейся на стуле.

— Да конечно это он! — презрительно заявила она, заметив, что все глядят на нее. — Посмотрите на эту предательскую рожу — кто же он еще?

— Заткнись! — рявкнул Джек. — Тупая кукла!

— Знаете, что… — задумчиво проговорил Игорь. — Джек, ты прости меня конечно… И вы, барышня, гхм… не серчайте, — он вскинул брови, сам удивляясь таким оборотам. — Но лучше запру я вас от греха подальше. По крайней мере, до завтрашнего утра. А там уж и Сказочник, наверное, подъедет — вот сам и разберется…

— Игорь, пожалуйста, — Джек отступил на шаг.

— Прости, приятель.

▪

— Зачем ты им это сказала? — сокрушенно прошептал Джек.

Мы были вдвоем, взаперти… Запакованы в беспросветный металлический коробок со звенящими от холода стальными стенками. По ту сторону запертой дверцы встроен кодовый замок, и щелчки от прокручивания его колесиков до сих пор эхом стучат по стенкам зловещей тюрьмы.

Я сидела на коленях и глотала черноту. Над ухом, совсем близко, нервно дышал Джек. Пахло сыростью и смазкой.

— Зачем?.. — удрученно повторил он.

— Как зачем? — я хотела возмущенно воскликнуть это, но вышло как-то испуганно и неуверенно. — Да… да они бы не знаю что со мной сделали иначе!..

— Дура, ничего бы тебе не было.

Судя по звукам, он попытался встать, но ударился головой о потолок и тихонько взвыл.

— А теперь, — он прислонился к стенке и то ли вздохнул, то ли зашипел. — Теперь неизвестно, что нас ждет. Может быть, ты забыла, но далеко не все люди в восторге от Вентеделей. И, уверен, найдутся такие, кто всю жизнь только о том и мечтал, чтобы собственноручно прикончить одного из нас. Видишь ли, не все такие, как твой Лени.

Я вздрогнула.

— А он-то здесь при чём?

— А просто так — к слову пришлось.

Я живо увидела в воображении, как он усмехается. Глаза обращаются в ядовитые щелочки, правый уголок губ, будто расстегивающаяся молния, заползает на щеку, и по всей этой щеке от носа до рта прорезается кровожадная остроугольная складка.

У нас впереди было порядка четырнадцати часов в стальном сейфе метр на метр на метр. Есть ли сюда доступ воздуха — еще вопрос. И удастся ли нам наедине друг с другом дожить до того момента, когда этот вопрос станет актуален — тоже еще неизвестно.

▪