22 июня 1893 года британская Средиземноморская эскадра отрабатывала совместное маневрирование на траверзе Триполи. Восемь броненосцев и пять крейсеров перестраивались из одного строя в другой и совершали совместные повороты. Флаг командующего эскадрой вице-адмирала Джорджа Трайона был поднят на новейшем броненосце «Виктори». Во время последовательного разворота двух колонн на противоположный курс головные броненосцы «Виктори» и «Кампердаун» сблизились на недопустимо близкую дистанцию при совершенно необъяснимом равнодушии находившегося на мостике «Виктори» Трайона. Командир буквально умолял командующего отвернуть в сторону. Тот молчал и дал согласие только тогда, когда столкновение стало неизбежным.
В 15 часов 41 минуту броненосец «Кампердаун» на скорости шесть узлов вогнал свой таран на три метра в обшивку флагманского «Виктори». С минуту корабли стояли, сцепившись, а затем «Кампердаун», отработав машиной назад, отошел от «Виктори». В огромную пробоину поврежденного корабля хлынула вода. Флагманский броненосец быстро оседал носом. Однако Трайон, осведомившись у старшего офицера, сколько еще «Виктори» продержится на плаву, и получив обнадеживающий ответ, приказал командирам кораблей эскадры не торопиться со спуском шлюпок. Тем временем броненосец уже стремительно погружался. Люди ждали команды на спуск шлюпок, но ее все не было. Только тогда, когда крен броненосца достиг своего предела и на палубе было уже невозможно стоять, вице-адмирал Трайон спокойно сказал флагманскому штурману:
– Кажется, мы идем ко дну!
– Да, сэр, вы правы! – ответил тот.
– Это я во всем виноват! – покачал головой Трайон и приказал спускать шлюпки.
Буквально через несколько секунд «Виктори» с грохотом опрокинулся. Некоторое время он держался на воде вверх килем – винты при этом все еще вращались, – а затем навсегда скрылся под водой. Спустя минуту из глубины раздался грохот – это взорвались паровые котлы. Погибли 321 офицер и матрос, включая и самого незадачливого вице-адмирала. Расследование определило главным виновником погибшего командующего эскадрой. Неудовлетворительной была принята и сама конструкция погибшего броненосца, особенно это касалось отсутствия водонепроницаемых переборок. В адрес строителя «Виктори» Уильяма Уайта по этой причине последовало множество нареканий. А адмирал Бересфорд выразился так:
– Мы будем тонуть на этих кораблях, а сэр Уильям будет объяснять, почему именно мы утонули!
В отличие от англичан, не удосужившихся в свое время проанализировать причины гибели «Олега», наши моряки обстоятельства гибели «Виктори» изучили досконально. Особенно много занимался этим вопросом Степан Осипович Макаров, который отвел анализу трагедии «Виктори» в своем знаменитом труде «Рассуждения по вопросам морской тактики» целую главу. Основную причину трагедии британского броненосца С. О. Макаров видел в том, что английский командующий не знал и не желал знать технических особенностей новой техники.
«Если бы только один адмирал Трайон не вникал в вопрос о переборках, – писал С. О. Макаров, – то его можно было бы обвинить, но так как почти никто из адмиралов ни в одном флоте этим делом специально не занимался, то, следовательно, все виноваты или никто не виноват».
Гибель «Олега» волею судеб стала последней катастрофой уходившего в небытие парусного флота. Весьма знаменательно, что волею судьбы произошла она именно из-за столкновения парусного и парового броненосного кораблей. Так закончилась эпоха паруса.
