Евгений Николаевич Фрейберг, автор рассказов о боевых делах Волжской военной флотилии, сам участник описываемых им событий. Живо и интересно повествует он о героической борьбе красных моряков. Шестьдесят лет минуло с тех пор, но сегодняшним пионерам, наверно, интересно будет узнать об одной из замечательнейших глав истории гражданской войны, о подвигах их сверстников в те далёкие времена.
Тысяча девятьсот восемнадцатый год... Хмурое небо сыплет на свинцовую воду мелкий осенний дождик.
На широком плёсе Камы, против города Сарапула, стоят на якорях красные миноносцы «Прыткий», «Ретивый» и «Прочный». Они пришли сюда с Балтики по распоряжению Владимира Ильича Ленина. К берегу приткнулись вооружённые пароходы Волжской военной флотилии.
Раннее утро, темно. На «Прочном» пронзительно засвистели дудки, закричали вахтенные матросы:
— А ну, живо в кубрик! Давай все! Веселей, ребята!
В кубрике за длинным столом сидели командиры Волжской военной флотилии и комиссары. Вокруг толпились моряки трёх миноносцев. Когда все собрались, поднялся один из командиров и сказал:
— Товарищи военные моряки! Вы знаете, что при отступлении из Сарапула белогвардейцы захватили в качестве заложников около семисот рабочих, коммунистов и советских служащих. Две недели назад заключённых посадили в старую баржу и вывели на середину реки. При подходе красных белые собираются потопить баржу со всеми людьми.
Наших товарищей истязают, морят голодом, расстреливают, а больных прикалывают штыками. Ежедневно по трое, по пятеро выводят на палубу баржи и расстреливают. Мы решили сделать попытку освободить заключённых.
В Гольяны, где сейчас стоит баржа, мы пойдём под видом белых. Поднимем на миноносцах царские андреевские флаги, сами наденем погоны. Пусть белые думают, что это к ним идёт подкрепление!
От вас, товарищи, потребуется железная выдержка. В оптические прицелы вы увидите лютых врагов, но стрелять не будете. Огонь откроем лишь в крайнем случае, если белые обнаружат обман. Это вы должны твёрдо помнить, товарищи! Без команды ни одного выстрела! Итак, по местам, товарищи! В поход!
Быстро рассветало... Красным пламенем загорелось небо на востоке... Миноносцы снялись с якорей. Зазвенели колокола громкого боя — боевая тревога... Люди тотчас быстро разбежались по своим местам, и корабли словно вымерли. Только на мостиках стояли командиры, а на плечах у них блестели золотые погоны... На миноносцах развевались андреевские флаги — белые с синими крестами.
Медленно проплывали пустынные берега. Даже в деревнях не видно было людей. Но вот на реке показался небольшой катер. Он подошёл к миноносцам. Стоящий на мостике офицер скомандовал:
— Смирр... но! — Люди на катере вытянулись во фронт, офицер приложил руку к козырьку.
— Начало неплохое! — тихо сказал начальник дивизиона миноносцев.
— Пусть сообщит береговым батареям, что идут свои! — приказал командующий.
— Предупредите береговые батареи! — крикнул в рупор начальник дивизиона. — Мы идём из Уфы, по распоряжению адмирала Старка.
— Есть предупредить береговые батареи! — отозвался офицер.
Катер развернулся и полным ходом пошёл обратно. Миноносцы на малых оборотах продолжали свой путь вверх по реке.
Впереди показалась деревня. Около домов виднелись люди в серых шинелях. Большая группа солдат и офицеров толпилась на берегу.
— На пароходах! — крикнул один из белогвардейцев. — Откуда плывёте? Неужто из Каспия?!
— Идём от Уфы! — ответили с «Прочного».
— Пушки-то ваши стреляют или только так, для красоты поставлены?! насмешливо кричали с берега.
— Погодите, гады! — сердито пробормотал флагманский артиллерист. Скоро узнаете, как стреляют наши пушки. Уж недолго осталось вам тут загорать, дайте только баржу выручить!
Миноносцы, не останавливаясь, шли дальше, всё более углубляясь во вражеский тыл. Но настроение у моряков было бодрое, никто не думал о возможности провала операции. Командиры внимательно всматривались в берега, стараясь запомнить фарватер на всех поворотах реки.
— Впереди, слева по носу большое село! — доложил сигнальщик. — Наверно, Гольяны! — добавил он.
— По времени похоже, — заметил командующий. — А вон и баржа! Внимание, товарищи!
Миноносцы медленно входили на широкий плёс. На левом берегу реки, против села, горят костры, дымят походные кухни, снуют солдаты.
— Сколько их тут?! — удивился начальник дивизиона. — Не меньше полка, наверно! Но пушек не видно.
— Посмотрите налево, от нас почти на траверсе[1], — тихо проговорил командующий. — У каменного дома — большая пушка.
Пушка настороженно разглядывала миноносцы чёрным зрачком дула.
Посредине реки на якоре стояла громадная баржа. На палубе тоже солдаты. У пристани дымил небольшой буксирный пароход.
Командующий поднёс к губам рупор.
— На буксире! — властно раскатывается его голос. — Я флаг-офицер адмирала Старка, князь Маврокордато. Пришёл за баржей с арестованными. Красные бандиты должны быть доставлены в ставку верховного правителя адмирала Колчака. Приказываю взять на буксир баржу с арестованными и следовать за мной в реку Белую. Выполняйте немедленно!
