Корабли скрылись от глаз зрителей в клубах белого порохового дыма, в которых время от времени мелькали сполохи выстрелов. Видя бесплодность канонады, командир «Монитора» лейтенант Уорден решил таранить противника и направил свой корабль в кормовую часть «Мерримака», надеясь повредить его винт и лишить хода. Командир южанского броненосца Джонс увернулся от тарана чудом: «Монитор» прошел в каком-нибудь полуметре от «Мерримака», но, не задев его форштевнем, он смог сделать по врагу залп почти в упор. На этот раз ядра проломили железные полосы, хотя толстенные деревянные стены каземата устояли.
Сражение «Монитора» и «Мерримака»
Джонс понял: еще одно-два таких попадания — и самый ценный корабль южан будет погублен. Поэтому он решил прекратить бой с быстрым и маневренным противником и покончить с сидевшим на мели фрегатом «Миннесота». Но лоцман «Мерримака», страшась могучих бортовых залпов вражеского фрегата гораздо больше, чем двух орудий «Монитора», ухитрился посадить свой корабль на мель в двух милях от «Миннесоты». «Монитор» кружил вокруг своего противника, выискивая момент, чтобы таранить его. Эти попытки оказались безуспешными, но зато «Миннесота» была спасена. Видя, что «Мерримаку» с ней не совладать, Джонс снова занялся «Монитором»...
На этот раз он решил таранить противника, подмять его низкий борт под форштевень своего корабля. Разогнав «Мерримак» до предельной скорости, он ухитрился исполнить свое намерение. Корабли сцепились, и Джонс уже вызвал наверх абордажную партию, но в это время грянул выстрел 280-мм орудия, и ядро снова проломило железную броню «Мерримака», нос которого соскользнул с палубы «Монитора», оставив на ней лишь незначительные задиры.
Боеприпасы в башне «Монитора» кончились, и, чтобы подать новые из погребов в башню, он вышел из боя на середину отмели, куда не мог последовать за ним глубоко сидевший в воде «Мерримак». Не поняв смысла этого маневра, Джонс решил, что врагу нанесены серьезные повреждения, и был страшно удивлен, когда через четверть часа увидел снова идущий на него «Монитор».
В 11.30 комендоры «Мерримака» нащупали, наконец, слабое место «Монитора»: бомба, разорвавшаяся над боевой рубкой, прогнула одну из балок, в результате чего оторвалась крыша башни. Уорден, прильнувший в это время к смотровой щели, был ослеплен частицами стали и пыли, голова его была обожжена и кровоточила. Сочтя свое ранение смертельным, он приказал артиллеристу лейтенанту Грини принять командование и вывести корабль из боя. Двадцать минут «Монитор» дрейфовал на отмели, после чего Грини снова повел его в бой против «Мерримака». Но броненосец южан уже уходил в Норфолк, ибо не мог больше продолжать бой: быстрый отлив затруднял его маневрирование, боеприпасы были на исходе, корпус от неоднократных посадок на мель, от потери чугунного бивня при таране «Кумберленда» и от сотрясающих ударов артиллерийских ядер нещадно тёк.
После подведения итогов боя выяснилось, что «Монитор» получил 22 попадания бомб, не причинивших особого вреда ни броне, ни членам экипажа: самым серьезным оказалось ранение Уордена. Из 41 выпущенного «Монитором» ядра в «Мерримак» попало 20, причем в самых тяжелых случаях они проломили только слои железной брони, но не пробили толстых деревянных стен каземата. Исходя из этого, обе стороны провозгласили сражение на Хэмптонском рейде своей победой. В обоснование своего мнения южане приводили то, что они ценой незначительных потерь уничтожили два крупных корабля и около двухсот моряков противника и что в конце концов «Монитор» вышел из боя, оставив поле сражения за «Мерримаком». Северяне возражали: мол, главной целью южан было уничтожение «Миннесоты» и снятие блокады, а «Монитор» не дал им этого сделать и, следовательно, одержал победу. Но, как сказал тогда один специалист, бой на Хэмптонском рейде закончился триумфом, но это был триумф не одного корабля над другим, а триумф брони над снарядом.
Через несколько месяцев после этого сражения на верфях Северной Америки строилось уже больше 30 мониторов, для которых была характерна малая осадка, очень низкий надводный борт — всего 60–90 см, — размещение немногих, но самых тяжелых орудий во вращающихся башнях с почти круговым обстрелом, мощное бронирование всей надводной части — бортов, палубы, башен. В результате 178-мм пушкам и 120-мм железной броне английских батарейных броненосцев американский монитор «Миантономо» мог противопоставить 380-мм орудия и 280-мм броню.
Такое превосходство дало повод официальному историографу американского флота Ч. Бойнтону писать в 1866 году:
