- Послушай, я делал все, чтобы вернуться. Я требую объяснений. Я должен знать, что произошло там, на Пайни Ноб - почему ты стрелял в меня и в отца этой девушки...
- В машину! - приказал Хустино и повернул дуло револьвера в сторону Плежер. - Вы тоже, мисс Кендал. Вас мы тоже давно разыскиваем. Если не поторопитесь, вынудите меня пристрелить вас прямо здесь. Через минуту те ребятки снова появятся.
- В кого... в кого они стреляли?
- В Пабло О'Брайна, - ответил Хустино и ухмыльнулся. - Ну так как? Хотите получить пулю прямо здесь? Не сходя с места?
Плежер почувствовала, как многозначительно Джонни сжал ее руку. Она двинулась к машине и опустилась на переднее сиденье.
- Садись за руль, Джонни, - повелел Хустино.
13
Дарелл выбрался на заднюю террасу, когда Карлотта открывала входную дверь. Второй выстрел прозвучал, когда он, вскарабкавшись на забор, спрыгнул на подъездную аллею. А вскоре грохнул третий. На улице кто-то закричал, а кто - не видно. В руке крепко зажат револьвер наизготове. Немного постоял, чтобы сориентироваться, и тут же услышал звук бегущих шагов. Мимо пронесся Барни Келз, и он устремился за ним.
Поодаль, в нижнем этаже дома, располагалась небольшая, тускло освещенная итальянская бакалейная лавка, к входной двери которой вели две-три ступеньки. Рядом стояли ребята Барни, а на ступеньках, спиной к витрине, прижалась скрюченная фигура. Дарелл пригнул к земле револьвер Келза.
- Хватит стрелять!
- Да я, как и вы, понятия не имею, что тут случилось. - Судя по голосу, Барни был расстроен и разгневан. - Кажется, у одного из моих парней нервишки сдали...
- Черт бы побрал этого кретина! - не стерпел Дарелл. И рявкнул на припечатавшегося к витринному стеклу человека: - А ну выходи оттуда!
- Да, сеньор. Только не стреляйте! - Речь была с ярковыраженным испанским акцентом.
- Иди сюда. И подними руки.
- Да, сеньор.
Человек выбрался на тротуар, задрав руки над головой. Несмотря на вымученную улыбку, лицо показалось знакомым. В памяти Дарелла всплыла фотография на паспорте, найденном прошлой ночью. Ну конечно, все сходится - Пабло О'Брайн собственной персоной.
Темная улица оживилась светом и людьми. Двое местных полицейских с патрульной машины пытались оттеснить любопытных, что удавалось с трудом. Барни Келз что-то тихонечко объяснял стражам порядка. Потом подозвал весьма сконфуженного стрелка и отослал к Дареллу. Парня звали Гренадайн.
- Я был на посту в снятой комнате, - быстро, испуганно и взволнованно заговорил тот. - Мы видели, как вы вошли в дом - объект наблюдения. Барни предупредил нас, чтобы не вздумали мешать и обеспечили охрану с тыла. А потом крадучись в переулке появился этот тип, и я в биноколь ночного видения разглядел в его руке револьвер. Уж очень подозрительный был у него вид. Я бросился к телефону, хотел доложить, а Барни сказал в ответ, что машина Кортесов уже стоит у подъезда. Казалось, все враз свалилось на голову.
- Вот ты ее и потерял, - сухо заметил Дарелл.
Гренадайн покраснел и закусил губу.
- Не мог же я допустить, чтобы тип с револьвером напал на вас человека, который ведет это дело.
Дарелл вдруг пожалел, что говорил с парнем так язвительно.
И перешел на более спокойный тон:
- Ну ладно. Кто стрелял первым?
- Он.
Дарелл взглянул на Пабло.
- Это так?
- А он мне не представился, - с улыбкой молвил тот. - А по уху съездил. Привет, амиго.
- Пошли отсюда, - сказал Дарелл.
Они покинули место происшествия, где копы и патрульные успокаивали итальянца-бакалейщика и толпившихся любопытных. Дарелл и Барни Келз, а между ними О'Брайн, быстро, но не настолько, чтобы привлекать к себе внимание, опустились задворками вниз к боковой улице и черному ходу особняка Моррисонов. На углу к ним подошел Йенсен.
- Сэм, у нас неприятности.
- Знаю.
- Вдобавок к тому, о чем уже знаешь. - Йенсен посмотрел на О'Брайна, однако, не посчитав его помехой, продолжал: - Пташка все карты спутала. Тебе известно, что Джонни Дункан наконец-то объявился?
Дарелл чуть не разразился целой тирадой, но выговорил только:
- Где он?
- Смылся. С девчонкой.
- Плежер...
- Она выбежала через парадное. Мы совсем упустили ее из виду, когда услышали выстрелы. И, мне кажется, Хустино поймал их.
- Тебе кажется?
Неожиданно подал голос Пабло:
- Так оно и есть, амиго.
- Вам-то что об этом известно? - взорвался Дарелл.
О'Брайн пожал плечами.
- Давайте зайдем в дом и все обсудим.
В кухне Дарелл как следует рассмотрел старого соперника. Рыжеволосый ирладнский латиноамериканец был высокого роста, поджарый, с мягкими, грациозными движениями кошки. Латинские предки наградили его изящным телосложением, тонкими чертами лица - короче: достаточной привлекательностью. От ирландцев помимо фамилии он унаследовал мощную мускулатуру, рыжые волосы и голубые глаза. Без головного убора, в темном пальто, темно-синем костюме и темной рубашке, то есть в подобранной с умыслом одежде для ночных вылазок.
По требованию Дарелла О'Брайн представил кое-какие документы за исключением паспорта. Прежде чем просмотреть их, Дарелл обратился к Йенсену:
- Что предпринято насчет девушки и Дункана?
