Волки честно выполнили утренний моцион, вернувшись с добычей — заледеневшими тушками трех зайцев и десятком птичьего племени, от мороза закопавшегося не слишком глубоко.
Я даже представить себе не могу, как эта троица смогла дотащить все это богатство, видимо занимались "челночным бегом".
Пришлось расстараться, соображая, что повкуснее и сытнее, приготовить.
После обеда, оставив серую братию отмывать посуду, выбрался по дрова. Запас еще был, но маловат, маловат запасец!
Из принципа, срубил два небольших деревца и по очереди, волоком, дотащил до пещеры, демаскируя ее, ко всем, не к ночи будь помянутыми. Мороз уже прихватил верхний слой снега так, что тот вполне спокойно держал мой вес, лишь слегка проминаясь под ногой.
У самой пещеры, принялся обрубать ветви, засыпая снег пахучими, желтыми щепками, отлетающими от топора во все стороны.
Вродек и Франц сперва таскали сучья, а когда замерзли, отжали у меня топор и сами увлеклись этим не сложным, на первый взгляд, действием.
Волчонок бегал вокруг, то ныряя в сугробы, а то, замирая и принюхиваясь, словно штиль донес до его чуткого носа неведомый запах и теперь он решал, опасен ли этот запах или можно его игнорировать с чистой душой.
Пока, все приносимые запахи можно было игнорировать и просто играть, радуясь набитому животу, теплой пещере и холодному, чистому воздуху.
Деревца я специально подбирал не особо толстые, так что к ночи управились, полностью затащив все в пещеру и сложив вдоль стены — пусть сохнут.
— "Тонкий" — "Толстому". — Рация перешла из режима ожидания, испугав всех присутствующих своих хриплым писком и пением помех. — Ты куда запрятался, Олег?
— Пещера, недалеко от сосны, Бен! Совсем не далеко… — Хохотнул я.
— Ага. Скалы я пролетал. Ждите, скоро буду! — Морпех, судя по звуку, положил свою рацию на что-то мягкое.
— Идем встречать? — Вродек широко улыбался, предвкушая теплую встречу. — Подсветим?
— Иди. — Махнул я рукой, набирая в чайник, воду. — Я здесь побуду…
К моему удивлению, оба волчонка предпочли остаться в пещере, демонстрируя полнейшее пренебрежение церемониями. Тепло и уют пещеры намного больше для них значили, чем новые люди, гости или новости. Как знать, обладая их нюхом, слухом и видением мира, наверное, тоже больше интересовался набитым животом, чем странными двуногими, разрушающими все, к чему прикоснуться их верхние лапы.
Чайник на огонь, почесать затылок, чем угощать старого друга и полезть в кубышку, за вареньем. Вот не могу я без сладкого! Хоть шоколадка, но должна быть! Не факт, что я ее съем прямо сейчас, через день или неделю. Она может месяцами лежать в холодильнике! Но, вот когда ее там нет — все, изведусь, пока не пойду и не добуду это сильно вредное, сильно сладкое!
Что-то меня на философию потянуло! Видимо совсем скучно стало…
Или совсем дела плохие вокруг творятся!
Философский настрой сдуло ветром, рука привычно расстегнула кобуру с "Когтем", а ноги отнесли в сторону от входа, становясь под прикрытие горящего костра, слепящего входящих.
Первым в пещеру проскользнул Бен, а вот второму гостю я был совсем не рад.
Заворчал самый молодой из волчат, демонстрируя, что он тоже совершенно не счастлив видеть Картера Керпера…
Щелчок снимаемого с предохранителя "Глока" и оглушающий выстрел, совершенно отчетливо дали понять, что Франц "Оклахоме" не рад совсем.
— Не… Ну, он мне тоже давно не нравился… — Обалдевший Вродек лупал глазами оттираясь от крови и серого вещества, разлетевшегося во все стороны, после встречи 9-ти миллиметровой пули, с черепом. — Но так экспрессивно выражать свои чувства!
Бен только тяжело сглотнул, наблюдая, как пистолет в руках пацана развернулся в его сторону и поднял руки.
— Этот чистый. — Франц убрал оружие в кобуру. — А Тот… На нем печать Хозяина.
— Кто дал ребенку оружие?! — Возмутился морпех.
— Что за печать и кто — Хозяин? — Вродек насторожился, в отличии от Бена, ухватив самую суть.
— Старший может поставить свою печать на любого смертного. — Франц шмыгнул носом. — Почти. Например, на Олега, печать поставить нельзя. А с… Него — пацан ткнул пальцем в "Стекло", — печать сняли.
— И, что можно сделать с помощью печати? — Насторожился я, готовясь к неприятностям. — Управлять человеком?
— Да, если "Печать" поставлена добровольно, как этому… Если "помечают" тайно, то могут только подсмотреть или подслушать, и то, если человек находится в нервном возбуждении. — Язык Франца совершенно перестал напоминать язык маленького существа, только-только познающего мир, не добавляя мне спокойствия.
Один раз я уже прокололся, посчитав Вродека совсем "зеленым".
— Его Хозяин тот, в клетке? Что был вместе с вами? — Бен, понимая, что убивать его не будут, решил отложить вопрос о том, кто вооружил ребенка на дальнее будущее и взялся за то, что лежало под носом. Точнее — под ногами.
— Нет. — Франц почесал свою вихрастую голову, обернулся к волчонку и что-то тихо проворчал. Малыш поставил серое ухо торчком и открыл пасть, издав странное сопение.
