Первая мировая война научила немцев тому, что мобилизационное планирование включает также подготовку к индустриальной мобилизации. Поскольку даже ограниченное перевооружение, предполагаемое мобилизационными планами 1924–25 годов, требовало серьезной промышленной подготовки, в 1924 году был создан специальный отдел в управлении вооружений, ответственный за индустриальное планирование. Первоначально он назывался штабом, ответственным за снабжение, а после 1929 года — экономическим штабом. Первыми тремя офицерами, служившими в этом отделе, были майор Эрих Зольдан, майор Рудольф Янсен и капитан Геррманн фон Ханненкен. Все они стали впоследствии генералами и продолжали служить в Генеральном штабе в качестве экспертов по промышленности и экономике в 30-е и 40-е годы. В 1927 году в этот отдел получил назначение капитан Людвиг Томас и оставался там служить в качестве главного специалиста Генерального штаба по военно-промышленному планированию вплоть до 1943 года.{886} В 1926 году в каждом из семи военных округов появился офицер, ответственный за экономические вопросы. Эти офицеры были ответственны за взаимоотношение с правительством и промышленным руководством и за подготовку запасов сырья и материалов для промышленности, а также окружных мобилизационных планов. Офицеры по экономике подчинялись экономическому штабу.{887} Взаимоотношения между Рейхсвером и промышленностью были тесными, особенно в ходе Рурского кризиса, когда крупнейшие промышленные концерны пожертвовали деньги на перевооружение Рейхсвера. С 1924 года отношения были систематизированы и формализованы. В 1925 году группа руководителей промышленных предприятий, многие из которых были привлечены к выполнению тайных заказов Рейхсвера, создала Статистическое общество (STEGA), которое стало организацией, отвечающей за отношения между Рейхсвером и промышленностью.{888} С появлением экономического штаба, офицеров по экономике и STEGA к 1926 году была сформирована эффективная система военно-промышленного планирования.{889}
В ходе Рурского кризиса была создана не только временная программа перевооружения на случай войны. С разработкой мобилизационных планов 1924–25 годов, описывающих структуру и штатную организацию армии, а также с созданием экономического штаба и STEGA стало возможным планирование долгосрочной и всесторонней программы перевооружения. В начале и середине 20-х годов Рейхсвером были сделаны значительные успехи в создании запасов оружия. В начале 1927 года генерал Хейе сообщил правительству, что Рейхсвер тайно создал запасы из 350 000 винтовок, 12 000 ручных и станковых пулеметов, 400 траншейных минометов, 600 легких и 75 тяжелых артиллерийских орудий.{890}
Фон Зект был уволен с поста командующего Рейхсвером в октябре 1926 года за провоцирование политического кризиса: он пригласил принца Гогенцоллерна посетить осенние маневры. Чтобы гарантировать продолжение своей политики в области строительства вооруженных сил, он обеспечил назначение на пост командующего генерала Хейе, руководителя войскового управления и сторонника идей фон Зекта. Это предотвратило назначение на этот пост генерала Вальтера Рейнхардта, самого главного конкурента Зекта внутри Рейхсвера, и человека, сильно расходившегося с Зектом во взглядах на стратегию и тактику. Если бы Рейнхардт стал командующим, то военное планирование, концепции организации армии и тактическая доктрина вероятно развивались бы в противоположном направлении. Рейнхардт был сторонником обороны, а не наступления и предпочитал концепцию традиционной массовой армии зектовской доктрине элитных профессиональных вооруженных сил. В любом случае, Хейе продолжал следовать в русле политики и доктрины фон Зекта. Преемник Хейе, генерал Курт фон Гаммерштейн-Экворд, армейский командующий в период 1930–34 годов, также развивал Рейхсвер в направлении, соответствующем долгосрочным планам фон Зекта. Ни один из командующих не вносил принципиальные изменения в базовыз концепции мобилизационных планов 1924–25 годов. Эти планы оставались фундаментом для армейской мобилизации и организационного планирования и в Третьем Рейхе.