Еще один пример слабого анализа можно найти в книге Альберта Ситона «Германская армия, 1933–45», где Ситон утверждал, что в «первое время, при фон Зекте, [в Рейхсвере] отсутствовали намерения развивать Kraftfahrtruppe [автомобильные войска] в качестве одного из главных родов войск… Они были местом для отдыха, убежищем, где офицеры могли числиться в списках кадровой армии.»{660} В ответ необходимо отметить, что речь идет о фон Зекте, сосредоточившем вопросы подготовки и развития бронетанковых войск в инспекции автомобильных войск в 1924–25 годах, таким образом готовя почву для создания полноценных танковых сил. Непосредственно после войны Рейхсвер определил своих немногочисленных опытных танковых офицеров — таких как капитан Тоферн и лейтенант Фолькхайм, в автомобильные войска — показатель того, что Рейхсвер изначально планировал создавать танковые войска на базе данного рода войск. Что касается определения автомобильных войск в качестве места для отдыха, то Чишвитц, командовавший ими в начале двадцатых, в 1927 году был назначен командовать I-й группой, олдним из двух полевых командований Рейхсвера, эквивалентных армии. Другие высокопоставленные офицеры автомобильных войск 20-х годов, такие как фон Фоллард-Беккельберг и Лутц, также достигли впоследствии высоких должностей. Лучшим примером может являться то, что в начале 20-х в автомобильные войска попадали очень компетентные офицеры. На заре существования Рейхсвера в автомобильных войсках служили и такие младшие офицеры, как Гейнц Гудериан и Риттер фон Тома.
К сожалению, в массе книг, посвященных истории германских танковых войск и написанных после Второй мировой войны, настолько часто повторялись и популяризовались три серьезных заблуждения, что они стали реальными препятствиями для объективного и здравого пони мания организации и военной доктрины германской армии межвоенного периода. Речь идет о следующих ошибочных представлениях: (1) что Гейнц Гудериан был фактически единственным создателем германских бронетанковых войск и германской танковой доктрины; (2) что Гудериан и другие энтузиасты танковых войск вынуждены были бороться против реакционных верховного командования и Генерального штаба; (3) что немецкая танковая доктрина была прямым заимствованием идей британских военных теоретиков. В этих утверждениях есть некоторая доля правды. Гудериан играл центральную роль в создании танковых дивизий в 30-е годы; в Генеральном штабе было некоторое количество реакционеров, как этого можно ожидать от любой организации; и было определенное влияние, которое оказали на немецкую доктрину применения бронетанковых войск британские танковые теоретики, в особенности генерад Дж.Ф. Фуллер. Однако, эти утверждения, взятые вместе или по отдельности, создали искаженное представление о развитии немецких танковых войск.
Акцентирование роли Гейнца Гудериана связано прежде всего с автобиографией последнего, изданной в Германии в 1950-м году под названием Erinnerungen eines Soldaten и с тех пор выдержавшей несколько изданий — последнее в 1979 году.{661} Вскоре после этого появилось британское идание его мемуаров, отредактированное Бэзил Лиддел Гартом. Лиддел Гарт также подчеркнул роль Гудериана в своей книге «Говорят немецкие генералы», написанной в 1948 году. Обе из этих англоязычных книг выдержали много переизданий и продолжают оставаться популярными и сейчас. Гудериану было уделено больше внимания, чем любому другому немецкому генералу, за исключением пожалуй Эрвина Роммеля. Мало того, что Гудериан стал персонажем многочисленных биографий,{662} написанных на английском и немецком языках — он стал фактически единственным человеком, чье имя многие военные авторы связывают с развитием немецких танковых войск до Второй мировой войны.
