— Каюта номер пять. Берите вправо, не ошибётесь, — кивком дал я понять своим ветеранам, что этого можно пропустить.
— Ларри, а я? — уже менее вредно и не совсем уверенно поинтересовалась Юлиана.
— Вопрос с вами я пока обдумываю, но не мешайте. Мне ещё с вашей попутчицей надо определиться, — уставился я на дебелую тётку с не меньшей злостью, чем она на меня. — Ну-с, дорогая, похвалитесь талантами. Надеюсь, вы успешный маг значительного уровня, или хотя бы искусный кок, которого моей баркентине явно не хватает?
— Неужели вы считаете, что я брошу мою воспитанницу одну, среди оголтелой матросни! — тут же упёрла руки в бок эта матрона.
— Я могу это так понимать, что ни одним из вышеперечисленных талантов вы не обладаете? — вежливо продолжил я беседу, не срываясь на провокационные выкрики.
— За кого вы меня принимаете? Я ещё на кухне не работала! — легко завелась эта мадам.
— Тогда свободна! Мне бесполезный балласт на корабле не нужен, — отмахнулся я от её пафоса, прущего из всех щелей, и попыток донести до меня степень её важности. — Парни, а среди вас есть опытные канониры? — отвернулся я от женщин, обратив своё внимание на шестерых моряков, в задачу которых входил перенос изрядных сундуков с герцогской яхты на мою баркентину.
Сейчас все они выстроились вдоль поклажи, и с любопытством следили за нашими переговорами.
— Мы с братом можем, — выступил вперёд пожилой дядька, — И двое вполне в помощники сгодятся, а так на яхте есть ещё трое. Из тех, кто действительно умеет стрелять из баллист.
— Юлиана, вот если вместо этой, — указал я пальцем на очень важную матрону, — Будут канониры, то я могу вас всех комплектом взять, но никак иначе. Бесполезный балласт мне не нужен. Более того, он вреден. У вас десять минут, чтобы согласовать вопрос замены. А багаж этой леди можете смело отправлять обратно. Ноги её не будет на борту моего судна!
— Хам! Мерзавец! Да ваша матросня…
Опс-с… Я увидел, как сморщилась дочь герцога. Надеюсь, она объяснит этой дуре, что за такие слова некий граф может спросить. Да так, что мало не покажется. И герцогом ей прикрыться не удастся.
— Мэгги, — заметил я нашу капитаншу, которая навалившись на планшир, с интересом наблюдала за этой сценкой на причале, — Сможешь организовать быстрое построение вахтенной команды на борту?
Не прошло и минуты, как рядом с капитаншей появился строй из дюжины загорелых девушек, одетых не совсем по форме.
— У нас уборка идёт. Пока вызвала всех, кто есть, — прокомментировала Мэгги появление девушек в весьма вольных мокрых майках, которые почти ничего не скрывали, в силу особенностей ткани, — А что не так?
— Спасибо, всё хорошо. Надеюсь, теперь нашу «матросню» одна истеричная дама успела хорошо разглядеть, — почти победно было возвестил я, ан нет.
— Так вот какие матросики у тебя на корабле… — почти что прошипела Юлиана.
— Можно подумать, у меня был выбор, — пожал я в ответ плечами, понимая, что попал из огня в полымя.
Я должен был догадаться, что на борту осталась та часть команды, что состоит из оторв — залётчиц, которым выход на берег заменён палубными работами.
Так что — задорно торчащие сиськи молодых майри, почти ничем не прикрытые, если не считать тонкой мокрой ткани, и продемонстрированные Юлиане — это мой косяк! Как и их взгляды… И на неё, и на меня.
— Вот только не возьми меня с собой! — окинула дочка герцога всё богатство, выставленное словно напоказ.
— Давай канониров хотя бы дождёмся, — едва слышно шепнул я в ответ, — А то у меня не комплект по второму борту.
Когда сопровождающая Юлиану тётка начала истерить, сообразив, что её оставляют на причале, вместе с тремя её сундуками, против одного у Юлианы, я обошёлся с ней почти ласково.
— Не совсем уважаемая пожилая женщина. Вы недавно напрямую оскорбили графа, а теперь продолжаете упорствовать в своей неучтивости. Я заранее извиняюсь, но это уже чересчур, — довольно мягко преподнёс я ей приход Паралича.
Пусть передохнёт, а то что-то её не те эмоции захлёстывают.
Одеревеневшее тело матроны, как и её сундуки, матросы отнесли обратно на яхту.
— Теперь я могу подняться на борт твоего корабля? — с явно видимым удовольствием отследила Юлиана вынос туши с нашего причала.
— Будут ещё какие-то пожелания?
— Со своими родителями познакомишь? — этак по простецки поинтересовалась целительница.
— Устраивайся в каюте под номером семь. Домой я собираюсь возвращаться через пятнадцать минут. Ждать никого не буду, — попытался я оставить себе шанс на успешное отступление, но не угадал.
Герцогская дочь вышла уже через шесть минут, и выглядела она на все двести из ста!
Нет. Никаких дорогих одежд и радужного сияния бриллиантов. Напротив, всё просто и скромно. Вот только сдаётся мне, что её «скромное» белое платьишко стоит, как крыло «Боинга», если переводить это на деньги моего мира.
