– Дело в том, – пояснил сэр Гвидион, – что в замке, куда мы направляемся, у короля Пеллама хранятся реликвии, дающие чудесным образом этой стране богатство и мощь. Пока король Пеллам обладает ими, в стране не будет ни болезней, ни падежа скота.
Когда они прибыли в замок, там уже собралась толпа гостей. Сэр Гвидион не был допущен на пир, потому что был без дамы, но сэр Балин был радушно принят, и ему принесли роскошное платье для праздника. Когда он отказался снять меч, объяснив, что дал обет никогда с ним не расставаться, ему разрешили оставить и меч под платьем.
По окончании пира, когда подали рога с мёдом, Балин спросил своего соседа, не находится ли при дворе рыцарь по имени Гарлон.
– Вот он идёт, – ответил тот, указывая на смуглого рыцаря с проницательным взглядом. – Я не встречал подобного ему рыцаря! Он любимый брат короля Пеллама, но его колдовство причиняет королю много горя. Рыцарь Гарлон ездит невидимкой и убивает своих врагов так, что те, умирая, не знают даже, кто их убил.
В сердце Балина вспыхнуло негодование, и он задрожал от гнева.
– А, вот он каков! – заметил добрый рыцарь, раздумывая, как ему быть. – Если я убью его здесь, в толпе, мне не уйти, – рассуждал он, – а если я упущу этот случай, быть может, другого не представится, и он наделает много зла.
Балин не мог отвести глаз от сэра Гарлона, который расхаживал между столами, надменно беседуя с рыцарями и занимая любезными речами дам, боявшихся его колдовства и складывавших крестом руки, чтобы оградить себя от дурного глаза.
Гарлон скоро заметил устремлённый на него суровый взгляд Балина и, подойдя к нему, ударил его железной перчаткой по лицу.
– Чтобы ты узнал меня при встрече, рыцарь! – заметил он. – Чем смотреть на меня, лучше пируй и налей себе мёду.
– Довольно ты наделал зла! – воскликнул Балин, хватаясь за меч, бывший у него под платьем. – Я должен совершить то, за чем пришёл!
С этими словами он быстро выхватил свой меч и одним ударом снёс Гарлону голову.
– Дай сюда древко копья, которым он поразил твоего брата! – обратился рыцарь к сопровождавшей его девице.
Девушка достала из-под платья сломанное древко, и сэр Балин воткнул его в тело убитого Гарлона.
– Этим копьём ты предательски убил доброго рыцаря, и за это и многие другие твои убийства я убил тебя!
Все всполошились; гости бросились с угрозами на Балина, и впереди всех был король Пеллам.
– Ты убил моего брата, когда он был безоружен, и потому ты должен умереть! – закричал король.
– Хорошо!.. Приди и убей меня.
– Да, да! Пусть никто не трогает тебя! Я сам убью тебя из любви к брату.
Пеллам вырвал секиру из рук стоявшего подле него оруженосца и кинулся на Балина. Тот заслонился мечом от удара, но Пеллам вышиб оружие у него из рук.
Обезоруженный рыцарь бросился через толпу гостей к выходу, тщетно глазами отыскивая оружие. Король Пеллам неотступно преследовал его. Они пробежали по всем комнатам замка и по узкой лестнице взбежали на башню, где Балин очутился перед запертой дверью. Он уже отчаялся в своём спасении, но, взломав дверь, очутился в большой светлой, роскошно убранной комнате. В ней стояла покрытая золотой парчой кровать, и на ней лежал седовласый старик с благообразным лицом. Подле кровати на золотом столе, на колоннах из чистого серебра лежало копьё старинной работы.
Балин схватил копьё и обернулся к королю, который в оцепенении остановился и с ужасом смотрел на рыцаря. Но тот, ничего не замечая, кинул в него копьё, и король, громко вскрикнув, упал.
Вслед за убийством короля стены замка рухнули и погребли под своими развалинами Балина. Крик отчаяния пронёсся из края в край по счастливой дотоле стране.
Через три дня явился Мерлин, извлёк Балина из-под развалин и вылечил его. Он отыскал его меч и привёл ему доброго коня, так как его лошадь была убита. Затем Мерлин приказал ему уехать из этой страны.
– Никогда больше не видать тебе удачи, – заметил волшебник. – Убив этим копьём короля Пеллама, ты совершил такое тяжкое преступление, что его последствия будут сказываться ещё много-много лет.
– Что же я сделал? – спросил Балин.
– Ты убил человека тем самым копьём, которым Лонгин Римлянин пронзил бок Господа Нашего Иисуса Христа на Кресте. Ты осквернил копьё и совершил грех, о котором не умрёт молва, пока не явится непорочный рыцарь, один из тех, которые добудут чашу святого Грааля.
– Я глубоко раскаиваюсь, – с грустью заметил Балин, – но я был вынужден сделать это.
Проезжая по стране, он был свидетелем того, как всюду распространялась губительная зараза: где перед тем на многие мили лежали поля колосившейся золотой ржи, теперь всё почернело; деревья были обнажены, палый скот лежал на лугах, рыба гнила в ручьях, в деревнях в полуразвалившихся хижинах умирали люди.
Вслед рыцарю неслись проклятия, на его голову призывался гнев Божий.
– Смотри, смотри, – кричали несчастные, – вот что ты сделал своим ужасным ударом, сразившим короля Пеллама. Осквернив священное копьё, ты погубил счастливую страну! Иди, злой рыцарь, и да постигнет тебя мщение Небес!
