Пароходу требуется два или три дня, чтобы пересечь Северное море — так долго ползет он по этим зловещим водам. Но для гусей, мореходов воздуха, для острых их клиньев, в лохмотья раздирающих облака, для небесных певцов, обгоняющих бурю, — час за часом по семьдесят миль — для этих странных географов (здесь подъем на три мили, — так они говорят), плывущих не по водам, но по дождевым облакам, — для них все было иным.
И это иное наполняло их песни. Были средь них грубоватые, были саги, были и до крайности легкомысленные. Одна, довольно глупая, очень позабавила Варта:
Иные в дорогу зовут берега,Но травкою грязные манят луга -Гу-гу-гу! Ги-ги-ги! Га-га-га!Не шеи у нас, а подобье дуги -Их словно бы слесарь согнул в три попе.Га-га-га! Гу-гу-гу! Ги-ги-ги!Мы травку пощипываем на лугу —И другу здесь хватит, и хватит врагу!Ги-ги-ги! Га-га-га! Гу-гу-гу!Гу-гу-гу! Га-га-га! Нам грязь дорога!Га-га-га! Ги-ги-ги! Трогать нас не моги!Хорошо на лугу нам в семейном кругу!Ги-ги-ги! Га-га-га! Гу-гу-гу![6]Была еще чувствительная:
Дикий и вольный, спустись с высокаИ верни мне любовь моего гусака.А однажды, когда они пролетали над скалистым островом, населенным казарками, похожими на старых дев в кожаных черных перчатках, серых шляпках и гагатовых бусах, вся эскадрилья разразилась дразнилкой:
Branta bernicla сидела в грязи,Branta bernicla сидела в грязи,Branta bernicla сидела в грязи,А мы пролетали мимо.Вот мы летим, дорогая, гляди,Вот мы летим, дорогая, гляди,Вот мы летим, дорогая, гляди,На Северный Полюс, мимо.Одна из самых скандинавских песен называлась «Радость жизни»:
И ответил Ки-йо: кто здоров, тот и рад.Крепость ног, гладкость крыл, гибкость шей, ясностьглаз — Нет на свете лучших наград!Старый Анк отвечал: честь дороже даров.Искатель путей, кормилец гусей, хранитель, а равноподатель идей — Вот кто слышит небесный зов!А резвушка Ле-лёк: Любовь, господа!Нежность очей, учтивость речей, прогулки вдвоем и гнездовечерком — Они пребудут всегда!Был Лиг-уиг за желудок: Ах, еда! — он сказал.Стебли травы, колкость стерни, злато полей, сытостьгусей — Это выше всяких похвал!Братство! — крикнул Винк-винк, — Вольный дружества жар!Построение в ряд, караванный отряд, все, как один, изаоблачный клин — Вот в чем Вечности истинный дар!Я же, Льоу, выбрал пенье — веселье сердец.Музыка сфер, песни и смех, слезы тишком и миркувырком — Все это Льоу, певец.
