Итак, Гранлис, хотя и против своей воли, проник в зал замка, где Бруслар остановился, раскрыв рот, а Диана — опустив руки. Пение и музыка прекратились.
— Что это такое? — воскликнул старый шуан. — Откуда этот солдат?
Он уже выхватил пару пистолетов, которые всегда имел наготове в карманах платья.
— Этот шуан прогуливается в своем белом мундире в парке маркизы, шпионит и наверняка подглядывает! — ответил один из схвативших принца людей.
— Подведите его ближе к свету да снимите повязку у него со рта: надо допросить его, — распорядился Бруслар.
Повязку сорвали с лица пленника.
— Господин Гранлис! — воскликнул Бруслар.
— Это вы, господин Гранлис? — присоединилась к нему маркиза Диана.
— Шпион!
— Сыщик!
— Рекрут Наполеона!
— Ренегат! — наперебой раздались гневные восклицания.
Бруслар подошел к отдувавшемуся принцу и продолжал:
— Вы осмелились явиться сюда? Однако вы неосторожны!
— Уф! Дайте отдышаться! — вздохнул принц, а потом, несмотря на то что его руки и ноги были связаны, любезно раскланялся с Дианой и сказал: — Я в вашем доме, маркиза? Очень рад! Не будете ли вы так любезны вступиться за меня и предоставить мне снова свободу движений, как уже предоставили свободу слова?
Удивленная Диана не знала, что отвечать.
— Вы неудачно выбрали время для шуток, — вмешался Бруслар, — может быть, это ваш последний час…
— Ну, это неизвестно! — беззаботно заметил принц. — А вы не знаете, что говорите, мой милый друг!
Он сопровождал свои слова самой милой улыбкой.
— «Милый друг»! — гневно разразился Бруслар. — Да какое же наказание, какую казнь…
— Замолчите, Бруслар! — резко произнес принц. — Недоразумение длится слишком долго!
Наступило внезапное молчание, и принц продолжал:
— Я связан… Удалите лишних людей, я хочу говорить только с вами, присутствие маркизы нелишне, потому что и ей я должен сделать некоторый упрек! Ну, скорее!
— Выйдите, господа, и сторожите снаружи все окна и двери! — сказал Бруслар своим людям и, когда те вышли, обратился к принцу: — Теперь я жду объяснения этой переходящей границы шутки. Кто же вы, наконец, такой?
— Это надо было спросить прежде всего и вам и маркизе, прежде чем оскорблять меня при встречах, — надменно сказал принц. — Но я прощаю вас: избыток усердия доказывает преданность.
Бруслар и маркиза переглянулись, очевидно думая, что имеют дело с сумасшедшим. Это было единственным объяснением.
— Шевалье Бруслар! Слушайте внимательно слова генерала Фротте! «Человек волнуется!»
— «Его направит Господь!» — сейчас же дрожащим голосом ответил шуан.
— «Куда ты идешь?»
— «К Кресту».
— «Откуда ты идешь?»
— «С моря!»
— «Зачем?»
— «За лилиями!»
— Меня зовут Гранлис! — странным тоном продолжал молодой человек. — Бруслар! Развяжите меня!
Бруслар без возражений вытащил из-за пояса нож и перерезал веревки. Диана, сложив руки на коленях, слушала, ничего не понимая.
Гранлис отряхнулся, выпрямился и сказал:
— Ну что же, Бруслар?
— Я вижу, что ошибся, — ответил тот, — что вы из наших… Но меня удивляет, что вы, такой молодой, знаете все четыре пароля, завещанные нам генералом Фротте.
— Он сам научил меня им, Бруслар. Вы плохо соображаете, и память у вас не очень хороша. Маркиза, если вам не надоело, послушайте еще немного… Бруслар, у часовщика Борана нужно было дважды постучать в стекло, а входя в лавку, произнести: «Сильный ветер!» На это отвечали: «Он дует с запада». Там, у Борана, жил белокурый бледный ребенок, которого вы знали лет десяти-одиннадцати. Вам, конечно, сказали, что он умер.
— Господи боже! — воскликнул шуан, а затем схватил молодого человека, как ребенка, своими сильными руками, привлек поближе к свету лампы и стал пристально всматриваться в его лицо своими блестящими глазами. Они мало-помалу теряли свое свирепое выражение и наполнились слезами. Если бы он не знал, что за ними наблюдают из окон, он опустился бы на колени. Взволнованный, смеясь и плача в одно и то же время, он бессвязно повторял: — Да, да! Это он! Истинно он, наш ребенок, наш маленький государь!
— Но кто же вы, наконец? — вступилась Диана, подходя к принцу.
— Ваш король! — гордо подняв голову, надменно произнес Гранлис.
— Государь! Я у ваших ног! — низко склонилась пред ним маркиза.
Бруслар, овладев собой, пустился в расспросы. Почему его не предупредили? Он ничего не стал бы спрашивать и сумел бы хранить тайну. Как могло случиться, что весть о смерти королевского сына, маленького дофина, трижды была объявлена среди шуанских отрядов? Какая измена! Какое преступление! В последний раз ее сообщили с такими подробностями, что сомневаться было невозможно!
— Знаю, знаю! — сказал принц, опустившись в кресло. — И у подножия трона совершаются иногда величайшие подлости. Мы еще поговорим об этом. Вы принудили меня сбросить маску, но я желаю по отношению к вам оставаться свободным, как раньше. Довольно с меня Иммармонов и Прюнже, от которых я наконец избавился.
— Государь, — смиренно спросила маркиза, — не могу ли я спросить вас о моих родственниках?