Билль, возвратившись домой, чтобы переодеться, не застал своего приятеля: тот ушел за пять минут до него. Билль был разочарован, так как он хотел пригласить Селби с собой в отель к Маллингам. Он знал, что кто-то другой будет еще больше разочарован. Во всяком случае Селби Лоу не принял бы приглашения к обеду в тот вечер, потому что он снова увидел газетный плакат, на котором стояло «Дерзкий грабеж на океанском пароходе». На этот раз Селби купил газету.
Он не сразу стал читать газету, а донес ее под мышкой до своей конторы, где Паркер ждал его, чтобы сделать ему доклад и получить инструкции.
— Завтра мы устроим облаву на Джуму. Приведите три сотни резервистов из всех дивизий и окружите здание. Внутрь мы пошлем для обыска человек двадцать, вооруженных. Поняли? Подберите метких стрелков.
— Завтра это не выйдет, мистер Лоу, — сказал Паркер. — Король открывает парламент и резервисты будут заняты. Если вы продержите их на работе всю ночь, будут жалобы.
— В таком случае назначим на послезавтра. Это неважно. Никто не должен знать, даже начальник, в чем дело и какова цель облавы. Можете говорить, что мы устраиваем облаву на непрописанных иностранцев.
Он развернул газету, перелистал и сложил пополам, прежде чем приступить к чтению.
Вас интересует это ограбление на океанском пароходе, мистер Лоу? Ловкая шайка, нечего сказать. Но, кстати, они ничего не забрали.
Селби пробежал заголовки и стал читать:
«Дерзкое ограбление было совершено на океанском пароходе «Аравия», направлявшемся из Плимута в Сидней. Между Гавром и Марселем, куда пароход должен был зайти, чтобы подобрать пассажиров, в несгораемое денежное помещение, где находится почта, ворвались грабители. Десять мешков с заказной почтой были открыты и разобраны. Попыток вскрыть письма, по-видимому, не было. Несмотря на беспорядок, в котором они были найдены, ни одно письмо не было вскрыто. Полагают, что грабителям что-то помешало в их поисках. Другие ценности в помещении не были даже тронуты. Если не считать заказных писем, по-видимому, не было даже попыток что-либо украсть».
Селби откинулся в кресле и закурил.
— Да, — сказал он тихо и посмотрел на часы. — Достаньте мне такси, Паркер. Я еду на Главную почту.
— Бы знаете что-нибудь об этом грабеже? — спросил удивленный Паркер.
— К сожалению, я знаю о нем очень хорошо, — ответил Селби.
Селби застал на Главной почте помощника секретаря, как раз перед его уходом. К счастью, он знал его лично и это избавило его от неизбежной в ином случае волокиты.
— Пропали какие-нибудь письма? — спросил Селби.
— Мы стараемся выяснить это сейчас. Как вы знаете, каждый мешок с почтой имеет сопроводительный лист, который находится у казначея. Я получил известие с «Аравии» по беспроволочному телеграфу, что список этот тщательно проверяется. Я ожидаю ответа с минуты на минуту.
Селби подождал, пока чиновник отдал распоряжение, чтобы копия ожидаемого сообщения с парохода была послана ему на Керзон-стрит. По дороге домой Селби посвятил Паркера в свою тайну.
— Я должен был помнить, что этот господин работает проворно. Конечно, он не стал ждать, пока письмо дойдет до Мельбурна. Ему ничего не стоило послать своих агентов в Гавр.
— Должны мы, по-вашему, предупредить Флита?
— Не знаю, — сказал Селби. — Я, право, сам не знаю, как лучше поступить. Если Флит быстро рассуждает, он сразу поймет, что значит для него эта заметка в газете. Он не дурак. Подождем. Вы займитесь вашим делом, Паркер. Я останусь дома и поразмыслю.
Он уже потерял надежду на получение сообщения с парохода и решил, что распоряжение секретаря не было выполнено, когда, наконец, явился телеграфист. Дженингс, отворивший дверь, протянул руку за телеграммой.
— Это для мистера Лоу, — сказал мальчик.
— Я передам ему! — резко ответил Дженингс.
— Мне велено передать телеграмму в собственные руки.
Дженингс, ворча, провел телеграфиста к Селби, который почти выхватил телеграмму из рук мальчика и поспешно разорвал конверт.
Это была, очевидно, часть сообщения, полученного Главной почтой, часть, наиболее интересная для Селби:
«Пропавшее письмо было адресовано гг. Трэйль и Трэйль, поверенным в Мельбурне. Вес 5½ унций. Отмечено на почте как неправильно опущенное в ящик».
