Девушка исподлобья посмотрела на отца, а он улыбнулся ей в ответ. Они оба понимали, что такое практически невозможно. Правительницы Фелла принимали решения о браке, опираясь на интересы королевства.
– Просто… будь бдительна, Цветок Шиповника, – вымолвил Аверил. – У тебя хорошая интуиция. Слушай ее.
– Обязательно, – сказала Раиса и робко взяла отца за руки. – Значит, настало время проститься с тобой на… несколько дней?
– В следующий раз, когда я увижу тебя, ты будешь совершеннолетней, – произнес Аверил. – Наследницей трона Серых Волков. И, без сомнений, разобьешь кучу сердец.
– И все прыщеватые честолюбивые лорды и младшие сыновья аристократов от двенадцати до восьмидесяти лет будут преследовать меня, – вздрогнув, ответила принцесса.
Она так ждала этой поры – танцев, ухаживаний, тайных поцелуев, любовных стихов, записок, передаваемых через руки верных друзей, и тайных встреч в оранжерее. Но теперь, когда желанное время пришло, кого бы могла выбрать Раиса, если бы ей, конечно, предоставили такую возможность?
Мика был интересным, но она не доверяла ему по-настоящему и вряд ли вышла бы за него, даже если бы Марианна одобрила выбор дочери.
Никто больше не приходил Раисе в голову. Кроме Амона Бирна. Но и этому не суждено случиться.
Она подняла голову и встретила сочувствующий взгляд отца, будто он умел читать мысли дочери.
– Не забудь оставить хотя бы один танец для меня. – Аверил чмокнул ее в лоб и удалился.
После того случая на Южном мосту и безуспешной попытки отправить МакГиллена в отставку Эдон Бирн решил перевести Амона в менее злачный район, где у сержанта было меньше возможности ему отомстить.
Но его сын отказался.
Капрал не мог перейти на службу в личную стражу Раисы, что, помимо всего прочего, сулило свои риски и соблазны. Подумав, юноша принял решение охранять самые неблагополучные улицы Феллсмарча. А поскольку Эдону не удалось перевести сына в район потише, он отправил в знаменитую караулку Южного моста и его однокурсников, чтобы те могли прикрывать спину Амона.
Однако нельзя было отрицать, что здесь можно было многому научиться. За месяц Амон приобрел больший опыт, чем за год в Оденском броде. Правда, сама программа в военной школе сильно отличалась от жизни Феллсмарча и преследовала совершенно иные цели. Тем не мене юноша понимал, что ему, будущему офицеру, пригодится теория, стратегия и история, которые он изучал во Вьене. На улочках Тряпичного рынка и Южного моста капрал научился разрешать конфликты мирным путем.
Теперь он мог по глазам противника определять, хотел ли тот сбежать либо помышлял о нападении, правду он говорил либо лгал.
Кроме того, юноша мог успокоить жертву и получить необходимую информацию, чтобы выследить вора. Назревающую проблему он чуял за версту.
Амон добился доверия некоторых горожан, которые не боялись рассказать ему то, что знали о ворах-одиночках и даже членах банды. Среди солдат Южного моста нашлись и неплохие ребята. Они не сомневались, что Бирн не предаст их, и считали капрала своим предводителем.
В целом юноша чувствовал, что делал нечто хорошее – в отличие от МакГиллена. А самым приятным стало то, что успехи капрала выводили сержанта из себя.
Однажды ночью Амон вернулся в сторожку Южного моста вместе со своим патрулем. Парень столкнулся с собственным отцом в комнатке, где новобранцам давались последние советы. На длинном столе лежала развернутая карта. Уже пробило два часа ночи, за стеной кто-то громко храпел. Дежурный офицер, Жак Барнхаус, пребывал в смятении и чуть ли не рвал на себе волосы.
– Сержант МакГиллен с радостью поговорил бы с вами, ежели бы он был здесь, – выпалил Барнхаус. – Но мне неведомо, куда он запропастился.
– Вы все, отрапортуйте капралу Барнхаусу и поспите немного, – распорядился капитан Бирн, махнув в сторону подчиненных Амона. – Мне нужно побеседовать с капралом Бирном наедине.
Солдаты тотчас покинули помещение, оглядываясь в надежде, что капитан передумает и попросит их остаться.
– Присядь, – отец указал Амону на стул. – Вольно! – Он устало вздохнул, и внезапно юноша ощутил приступ беспокойства.
Капрал сел и положил руки на стол.
– Что случилось, отец?
– Могу я попросить тебя об одолжении?
– Разумеется, о чем угодно!
– Тебе нравится служить на Южном мосту, – уголки губ Эдона поползли вверх, но быстро вернулись в исходное положение. – Но мне нужен ты и твой взвод в замке для охраны наследной принцессы.
От смущения парень нахмурился и принялся озираться по сторонам, будто боялся, что кто-то мог подслушать.
– Но я думал… ты ведь говорил, мне лучше держаться подальше от Раисы, после того, как пожаловались Байяры. Дескать, люди станут болтать…
Отец внимательно посмотрел на сына.
– Ты прав. Говорить станут. Это опасно. Но есть и кое-что похуже, поэтому со сплетнями я как-нибудь справлюсь.
– Что ты имеешь в виду?
– Королева Марианна отправляет меня и Аверила Демонаи в Меловую гавань прояснить вопрос с пиратами, – ответил Эдон. – Мы уезжаем завтра.
Амон вытаращил глаза.
– А при чем тут наследная принцесса?
