– Понятия не имею, – парень нервно повращал серебряные браслеты у себя на запястьях. – Но она вошла туда вчера и пока не выходила. Что-то случилось. Я надеялся, что ты, ну… можешь проверить. И убедиться, что она в порядке.
Бирн совершенно растерялся. Главарь банды явно недоговаривал что-то важное.
– Почему с ней должно что-то произойти?
И почему капрала не поставили в известность, что ее обнаружили?
Хансон пожал плечами:
– К примеру, потому что там сейчас МакГиллен.
Сержант вел себя по-скотски на улицах, но что он мог сделать Раисе?
– Но почему она… там? – осведомился Амон, стараясь не выругаться и удержаться от того, чтобы не ударить со всей силы по железной решетке между ними. – Ее нашла стража, или она сбежала от тебя, или…
– По-моему, она решила вытащить «тряпичников», – ответил Кандальник. – Она не сказала конкретно.
– Вытащить «тряпичников»? Зачем? – солдат вцепился в прутья и уставился на главаря. Он врет? Но с какой целью?
– Похоже, она захотела к нам примкнуть, – заявил Алистер. – Ну… романтика бандитской жизни и все такое… Когда каждый день тебя избивают, обвиняют в преступлениях, которых ты не совершал. Ты проводишь долгие ночи в тюрьме, спишь на холодном мокром полу. Заманчиво, не правда ли? – он выгнул бровь.
Амону показалось, что Кандальник не случайно подобрал такое словечко. Однако, несмотря на язвительный тон, за грязью и синяками можно было разглядеть бледное и встревоженное лицо бандита. От волнения его практически трясло. Неужели он переживал за Раису? Нет. Не может быть.
– Почему я должен тебе доверять? Почему? – рявкнул солдат.
Хансон сплюнул на землю.
– Ладно. Если зайти в собственную сторожку и найти свою же девчонку для тебя чересчур рискованно, я сам ее вытащу. Но я думал, тебе там окажут более радушный прием, – он сжал кулаки, а его голубые глаза сверкали от гнева.
Капрал колебался, не желая упускать «тряпичника», когда он был здесь, в поле его зрения, хотя тот и оставался для него недосягаемым.
– Послушай, – продолжил Алистер, откинув волосы со лба. – Прости, что украл твою девчонку. Я не собирался причинять ей вред. И чем дольше ты медлишь – тем вероятнее, что это сделает кто-то другой. Уж не знаю, как еще тебе объяснить.
– Оставайся тут, – распорядился Амон. – И никуда не уходи, – добавил он приказным тоном, невзирая на то что «тряпичник» мог поступать так, как ему вздумается.
– Хорошо, – ответил Кандальник, криво ухмыльнувшись. – Ступай. А я подожду здесь.
Капрал развернулся и помчался к мосту. Но стоило ему сделать несколько шагов, как он снова услышал свое имя.
– Амон! Капрал Бирн! Где ты пропадаешь? Мы разве не договорились встретиться в полдень?
Юноша оглянулся и обнаружил «волков», сгрудившихся как раз возле опоры Южного моста.
– Живо со мной в караулку! – сказал он. – У меня есть новости.
Они направились к началу длинной очереди. Дежурный гвардеец поприветствовал их.
– Вы – подкрепление? – спросил он, осматривая спутников Амона.
– Так точно! – отчеканил капрал. – Подкрепление. Какие-то проблемы?
– Ну… Вроде как заключенные бунт учинили.
Амон шел по мосту настолько быстро, насколько мог, что помешало «волкам» задавать ему вопросы. Дверь в караулку оказалась приоткрыта. Несколько охранников находились во дворе, вооруженные дубинами. Амон замедлил шаг и осторожно приблизился к сторожке сбоку. Когда парень заглянул внутрь, то увидел группку гвардейцев, которые выстроились в конце коридора у входа к тюремным камерам.
– Что тут у вас творится? – спросил Амон, поманив «волков» за собой. – Где сержант МакГиллен?
– Капрал Бирн! Слава Создательнице! – воскликнул какой-то гвардеец, явно довольный тем, что есть на кого переложить ответственность. – Давеча заключенные взбесились. Завалили вход, взяли в плен сержанта и других наших парней: никуда их не выпускают.
Амон вытаращил глаза.
– Как такое могло произойти?
Гвардеец пожал плечами:
– Ваша честь, понятия не имею! Объявилась какая-то девчушка… она искала свою сестру. Говорила, что та сидит у нас в камере. Вот сержант и повел ее прямо в подземелье.
– А кого… кого она хотела увидеть?
– Одну из тех «тряпичников», которых допрашивал МакГиллен. А дальше-то все превратилось в ад. Бандиты вопят, дескать, надо их отпустить… а ежели нет, грозятся прирезать МакГиллена.
«Какой позор, – подумал Бирн, – возможно, придется пожертвовать сержантом ради блага королевства».
– Кто у них главный? – спросил он.
– Та самая девчушка. Сестра «тряпичницы», которую упекли в темницу. Мы ж не знали, как поступить, потому и ждали распоряжения капитана.
– Капитан Бирн отправил меня… хм… на разведку. – Амон просунул голову в коридор, где пылали факелы, зажженные заключенными. Пламя полыхало и мешало парню что-либо детально рассмотреть.
– Эй, вы! Вы меня слышите? Я – капрал Бирн! Мне нужно с вами поговорить! – прокричал он.
– Точно? Ты – Бирн?
