— Это будет первым испытанием перед тем, — язвительно произнесла Пустота, отступая, готовая задать стрекоча по заснеженному лесу, — как я поверю тебе окончательно и назначу время главного испытания.
— Главного? — переспросил Аргент.
— Маска Алого Короля, — ликуя, на весь лес прокричала Пустота, смешивая в своем голосе рыдания и злобный смех. Глаза ее сверкали совершенно безумно. — А ты думал, я одарю тебя так щедро за какие-то детские шалости?!
— Я уничтожил верных королевских воинов, — резонно напомнил Аргент, обведя поляну с застывшими золотыми воинами рукой.
— А мне мало! — отступая все дальше вопила отчаявшаяся Пустота. К ней словно снова вернулась боль, корежа ее тело, и Пустота едва ли не сгибалась пополам, подтягивая тощие колени к груди, стараясь выдавить из себя гложущую ее огненную муку. — Мне этого мало! Я хочу Короля! Хочу его маску! Хочу его место, его власть! Я хочу, — наконец созналась она, — видеть любовь в обращенных ко мне взглядах! Понял?! А если ты не сделаешь этого… я знаю, кто дорог тебе. Я все знаю об Уне Вайтроуз. Я найду ее и немного посыплю ее постельку временем. И она проснется древней старушкой, — красивое юное лицо Аргента дрогнуло, — лишь затем, чтобы испустить дух!
Над гладью озера разнесся страшный крик Пустоты, и некоторое время испуганный лес молчал, и Аргент вместе с ним, переваривая эту информацию.
— Что же, — наконец задумчиво произнес Аргент. — Вы умеете убеждать. Выбора вы мне не оставляете, я так понимаю? И на меньшее, например, на маску принца Дерека, вы не согласитесь?
— Магистр, — хихикнула Пустота. — Нельзя испачкать руки так, чтоб одна ладонь осталась чистой. Принц Дерек — это то же предательство. Потеря его больно ранит Короля. Я сделаю вас предателем, магистр Аргент. Я заставлю вас чувствовать гнетущее чувство вины, — Пустота снова рассмеялась, будто в голову ее пришла невероятно смешная шутка, — которое не смывается и не заглаживается ничем, такое же уродливое, как глубокие ожоги… Нет, магистр. Мне не нужен Дерек. Я хочу Короля.
— Но Король осторожен и мудр, несмотря на свою молодость, — заметил Аргент. — Подобраться к нему с оружием не так-то просто.
Но Пустота не поверила Аргенту; или, возможно, ей вдруг захотелось показать себя во всей красе, совершить какой-то дикий, невероятный поступок, который смог бы затронуть алмазное сердце магистра, удивить его, потрясти и тем самым приковать внимание к ней, к Пустоте, хоть не на долго, хоть на краткий миг.
— Тогда, — торжествуя, произнесла она, — я вам покажу, как это делается, всемогущий магистр… немного научу вас, что ничего невозможного нет!
Пустота исчезла быстрее, чем ветер развеял ее последние слова, и некоторое время Аргент задумчиво смотрел на ее следы, которые обрывались и не вели никуда. Однако, ему некогда было особенно долго стоять, оплакивая свое незавидное положение. Пассами рук он превратил застывших золотых рыцарей в крошечные фигурки и выбрал их всех из снега, не оставив ни одного. Затем осторожно, словно к павшему другу, подошел к золотой книге, которая раньше была магическим древним учебником. Теперь это был всего лишь огромный и тяжелый слиток золота. Тонкие страницы чистового листового золота чуть позванивали на ветру, когда Аргент осторожно поднял книгу и погладил ее в последний раз.
— Ах, как жаль… — прошептал он с досадой. — Как жаль…
Осторожно, стараясь больше не потревожить тишины, он прошел к берегу озера и погрузил книгу в прозрачную воду, хороня ее в золотом озере. Так же неспешно и печально, проводив свое утерянное сокровище взглядом до самого дна, Аргент поднялся, и не глядя направил магический удар высоко над головой, в нахмурившиеся облака. Он помнил каждое волшебное слово, каждый, даже самый мельчайший жест, он так долго мечтал о том, чтобы снова испытать ток магии в своем теле…
Небо ответило на его магический призыв незамедлительно; холодный ветер налетел на Аргента, растрепав его черные волосы, сжав холодными ладонями запрокинутое лицо, но Аргент принял вызванный им холод и непогоду как величайшее наслаждение, жадно вдыхая запах свежего снега и прикрыв глаза, пьяные от сбывшегося счастья.
Повалил снег; крупными мягкими белыми хлопьями, затирая все следы и скрывая место битвы на берегу. Они падали на гладь озера и золотыми искрами золотого дождя прошивали прозрачную воду до самого дна.
Академию оцепили Королевскими силками. Это означало, что кто бы ни вздумал проникнуть на ее территорию, Демьен бы узнал об этом. Обыск шел всюду — в учебных классах, в потайных коридорах, — но нигде и следа Аргента не было.
Демьен хмурился, а Уна едва не рыдала, глядя, как по снегу кружат магические Королевские силки, готовые схватить любого, кто попытается пролезть незамеченным. Королевские нюхачи распугивали студентов и разыскивали магистра, словно он был преступником и мятежником. Но и они не могли отыскать его; все-таки, это был магистр Аргент, а не какой-то третьесортный маг.
