Мир, созданный высшими божествами, только потому, что им было скучно. И потому, что им было скучно, и был создан он, Кингджинн, божественная сущность, ставший кем-то вроде игрока в ролевой игре. Теперь ему нужно не просто выжить в этом не слишком-то дружелюбном ему мире, но еще и заслужить уважение у его обитателей, чтобы стать для них богом.
ГЛАВА 1
Мир, наблюдаемый даже не с высоты птичьего полета, а из самого космоса, был красив. Даже по-настоящему прекрасен. И именно так думал и полагал один из его создателей, Вселенский Император, который, сидя на своем троне, наблюдал и любовался красотами, открывающимися внизу. Сидевший рядом с ним н таком же троне Небесный Владыка, был, в общем-то, точно такого же мнения об этом, но ему все же чего-то не хватало. Мир, вроде бы, совершенный, на самом деле, совершенным не был. Как нет ничего совершенного во вселенной.
Третьим из создателей был Князь Жизни, придумавший себе этот титул сам. Если уж на то пошло, то они все трое придумали свои титулы себе сами. А почему бы и нет? Кто может им помешать, если не только мир внизу, но и сама вселенная вокруг была создана ими троими. Они были божествами, создавшими пространство, со всеми его мирами, звездами и планетами, и наделили их существами, организмами, растительностью, и вообще всем, чем только пожелали. Зачем они это сделали? Да просто так, от нечего делать. От скуки. Божества ведь тоже испытывают скуку, и должны как-то развлекать себя.
Вселенский Император, с улыбкой созидателя, созерцал необъятный мир. Он был молчалив и величествен, как и полагается быть всякому божеству. Он знал, что достаточно одного его желания, одного движения пальца для того, чтобы и мир внизу, и сама вселенная была уничтожена. Это вполне ему по силу, так же, как и тем двоим божествам, вместе с которыми он все это создал. И никто из обитателей ничего даже бы не понял.
Но он не собирался этого делать. Зачем? Уничтожать свой собственный труд? Нелепо и глупо. Особенно, если учесть, сколько трудов и времени ушло у них на то, чтобы все это создать. Сколько было споров, различных проектов, которые потом были отвергнуты то одним, то другим из них. Нет, такое творение уничтожать было бы проявлением собственного варварства. А они варварами не были. По крайней мере, отнюдь себя так не считали.
Небесный Владыка тоже взирал на просторы, он тоже был величественен, но его вид говорил о том, что он, в отличие от своего собрата, был уже давно пресыщен тем, что видели его глаза.
Что же касается третьего божества, Князя Жизни, то выражение на его лице носило задумчивый характер. О чем он думал, никто не знал. Божества скрывали своим мысли друг от друга. Ведь они же были, как-никак, богами, а какой бог захочет, чтобы его мысли и вообще все, о чем он думает, стало бы известно другим.
– Не устаю восхищаться этой красотой, – произнес Вселенский Император. – Даже до сих пор не верится, что все это создали мы сами. Как тут не задуматься о своем собственном величии и могуществе.
– Скучно, – вдруг последовал ответ Небесного Владыки. Он зевнул, словно в подтверждение своих слов.
Император повернул к нему голову, и в недоумении воззрился на своего собрата.
– Что скучно? – не понял он.
– Все скучно.
Вселенский Император моргнул, он никак не мог понять, как их творение, над которым они совместно работали столько времени, может быть скучным.
– Объясни, – потребовал он.
Владыка сделал рукой жест, словно хотел обвести рукой всю вселенную вокруг.
– Посмотрите, ведь ничего в мире не меняется. Этот мир, который мы создали, скучен.
Вселенский Император почувствовал себя уязвленным. Он очень гордился собственным, точнее, совместным творением, и считал его верхом совершенства, поэтому любую, даже самую маленькую критику в адрес вселенной он считал едва ли не оскорблением.
– Ну, не могу с этим согласится. Посмотри вниз, на то, как бурлит жизнь под нами. Как может быть скучным то, что живет, буквально кипит жизнью?
Небесный Владыка поморщился.
– Это кипение можно сравнить с закваской. Бессмысленное и тупое брожение. Все происходит в этом мире так, будто бы нас вообще не существует. Мир живет сам по себе, а на нас, его создателей, даже не обращает ни малейшего внимания.
– Отчего же, – не согласился Император. – Разве жители этого мира внизу не приносят нам жертвоприношений. Разве они не воспевают нас в своих молитвенных песнопениях? Мы нужны им, им обращаются к нам за помощью, в трудные для себя минуты. И мы, если у нас бывает, конечно, для этого подходящее настроение, иногда снисходим до того, чтобы помочь им. Разве это не здорово?
– Да, но эти жалкие букашки, копошащиеся внизу, не имеют ни малейшего понятия о том, кто такие мы, и какие цели преследуем.
– Естественно! – воскликнул Император. – Еще бы создания знали о том, что представляет из себя их создатели. Они должны нам слепо подчиняться, бояться нас, и воспевать.
– Но и на возникновение этих самых религий мы почти не повлияли. Вернее, дали лишь крохотный намек на то, что мы существуем, и наблюдаем за каждым из них. А дальше уже все остальное придумала их собственная фантазия.
