Он выругался и, кажется, Трез с огромным усилием едва смог оторваться от нее... но даже тогда, он не далеко ушел от ее шеи. Клыки оставались в ее коже, и он долго держал голову опущенной, пока не начал зализывать ранки, закрывая их.
Это не может так закончиться, судорожно думала Селена. Это не может...
– Прости, – сказал он грудным голосом.
– Прошу... прошу, не останавливайся... – шептала она хрипло.
Ее слова заставили Трэза поднять голову. И, дражайшая Дева в Забвении, он был великолепен. Пухлые губы приоткрыты, черные глаза блестят, на щеках выступил румянец, он был одновременно пресыщен и все еще голоден, животное и мужчина были лишь отчасти удовлетворены.
И она прекрасно понимала, какое блюдо трапезы они пропустили.
Но когда она потянулась к нему, ее руки сжали в железной хватке.
– Возьми меня, – молила она. – Внизу... ты нужен мне там...
– Господи Иисусе, – выдавил он, отскочив от нее, буквально спрыгнув с кровати.
Оказавшись на ногах, он, словно потерял координацию, но потом устремился в ванную и закрыл за собой дверь.
Холод обжег ее тело. И не потому, что его тело больше не укрывало ее. Дело в стыде. Смущении.
Но как она могла ошибиться?
На то, чтобы сесть ушло две попытки. А потом она, наконец, оторвалась от подушек, поправила взлохмаченные волосы и свела полы мантии. Повернувшись, Селена посмотрела на место, где только что лежала. Ее кровь ярко-красным цветом окрасила белые простыни.
Из проколотых ранок на запястье все еще шла кровь.
Позаботившись о проколах собственным языком, она спустила ноги с кровати. Они были слишком слабыми, чтобы удержать ее вес, но иного выхода, кроме как воспользоваться ими, не было.
Подойдя к закрытой двери в ванную, Селена положила руки на панели. Даже находясь по другую сторону, она слышала тяжелое дыхание Трэза.
Открыв рот, Селана собиралась извиниться за свою дерзость и уйти, она сделала глубокий вдох...
Запах его сексуального возбуждения был сильным как никогда, и она нахмурилась. Он все еще хотел ее. Так почему он...
По крайней мере, ее чувство стыда можно немного унять.
– Трэз?
– Прости.
Повернув ручку, она обнаружила, что дверь не заперта... но когда она начала открывать ее, Трэз рявкнул:
– Нет! Не...
Когда запах его возбуждения стал еще насыщеннее, она заглянула внутрь. Он был в противоположном конце ванной, упершись руками в раковину, его голова была низко опущена. И какие бы мысли не терзали его, его тело ясно определилось с желаниями.
Его эрекция была... такой же бесподобной, как и все его тело.
– Закрой чертову дверь! – прокричал он.
Но она не станет слушать его. Не после того, как побывала на том кладбище. Не после того, как этим утром ей напомнили, что ее ждет: ее тело только вступило в стадию увядания, но она знала, что когда начнут болеть суставы, время будет на исходе.
Это может стать ее единственной возможностью быть с мужчиной... и она хотела этого. На самом деле, она бы хотела его, даже если бы смерть не наступала ей на пятки.
И его тело жаждало ее. Без сомнений.
По всем этим причинам она полностью распахнула дверь.
– Гребаный ад, – пробормотал он. Потом еще громче: – Селена, пожалуйста.
– Я хочу... этого.
Он покачал головой.
– Не хочешь.
– Я хочу... тебя.
– Ты не можешь... ради всего святого, Селена, я причинил тебе боль.
– Это не так.
Он посмотрел поверх своей мускулистой руки. Его глаза сияли зеленым цветом.
– Не провоцируй меня сейчас. Тебе не понравится то, что произойдет.
– Ты хочешь заставить меня умолять?
Его огромное тело покачнулось, будто она высосала из него все силы, а не наполнила энергией.
– Селена, не делай этого с нами. Не сегодня.
Она нахмурилась.
– Сегодня?
Он схватил полотенце и обернул вокруг бедер.
– Просто иди. Я очень... благодарен тебе за то, что ты помогла мне. Но я не могу сделать это сейчас.
Повернувшись к ней спиной, он просто стоял там, смотря на чистую стену.
Селена свела полы халата.
– Что тревожит...
– Ради всего святого, я уже поимел своих родителей, ясно? Я не хочу добавить тебя к этому списку.
– О чем ты говоришь?
Когда он не ответил, Селена подошла к нему, ее мягкая обувь была бесшумна. Он подпрыгнул, когда она дотронулась до его плеча.
– Трэз...
Он развернулся и отскочил при этом назад, врезаясь в стену.
– Пожалуйста...
– Поговори со мной.
Его лихорадочный взгляд метнулся к ее лицу, плечам, телу.
– Я не хочу сейчас говорить. Я хочу...
– Чего? – прошептала она.
– Ты знаешь чего... чтоб мне провалиться... я хочу тебя. Поэтому, серьезно, тебе нужно свалить.
Они долго смотрели друг на друга. А потом она решила взять все в свои руки.
Потянувшись к поясу на талии, руки Селены дрожали. Она потянула за узел и позволила полоске ткани упасть на пол. Ее мантия распахнулась, обнажая центр ее тела, ее ноющие груди поймали две половины, удерживая ткань.
Но ее лоно было выставлено напоказ. Его взгляд опустился вниз... и больше не поднимался.
Рот Трэза приоткрылся, его клыки снова удлинились; и сейчас именно она закачалась на своих ногах, ее лоно откликнулось, расцветая, посылая зов.
На который он ответил, рухнув на колени.
Она не знала, чего ожидать, но точно не того, что он сделал.
