Господи, он был великолепен. Сквозь туман в голове от секса, Бэт наблюдала, как он напрягся, верхняя губа приподнялась вверх, обнажив клыки, волосы ниспадали назад с вдовьего пика, и как его невидящие, бледно-зеленые глаза расширились, а потом зажмурились.
А затем пришла ее очередь, и ее лоно сжало его член, жадное до того, что он извергал в нее. Удовольствие было острым, сродни агонии.
Едва спазмы начали стихать, Бэт приготовилась к следующей волне, к еще одному раунду костедробящего желания…
Когда оно сразу же не пришло, Бэт осмотрелась по сторонам, как будто все происходило не с ними…
О, вау. Они до сих пор были в ванной. На полу.
Роф рухнул рядом с ней, стукнувшись головой о мрамор.
Продлись передышка дольше, она, вероятно, начала бы замерзать, но внутренний жар достаточно согревал их…
Жужжание, раздавшееся над ванной, прояснило ее мысли. Жалюзи опускались на день, панели соединялись в определенном месте на подоконниках.
Значит, это продолжалось в течение… восьми часов? Девяти?
С нижних этажей не доносилось ни звука, но с другой стороны, все Братья, вероятно, попали под воздействие ее гормонов. Так же как и женщины.
Роф поднялся, его мускулы напряглись, руки дрожали.
– Как ты?
Бэт открыла рот, чтобы ответить, но вышел только хриплый звук.
– Ты еще нуждаешься в моей вене, – сказал он, откидывая прядь волос с ее лица. – Тебе это нужно.
– Как насчет … – Когда ее голос надломился, она прочистила горло. – Как насчет тебя?
Роф выглядел изможденным, щеки впали, как будто скинул фунтов двадцать пять… но он покачал головой.
– Я беспокоюсь лишь о тебе.
Его образ стал размытым из-за слез.
– Прости меня, – пробормотала Бэт. – О, Господи … Я так сожалею.
– О чем?
– Об этом… обо всем этом.
Он покачал головой.
– Это все равно произошло бы, рано или поздно.
– Но я…
Роф прижал свой рот к ее и нежно поцеловал.
– Не будем больше об этом. С этой ночи мы движемся только вперед. Чтобы не случилось… идет?
Но у нее не было времени ответить. Внезапно, нужда, снова набирающая обороты, накатила волной, и жар, разливающийся по ее телу, устремился прямо в сердце.
– О, Боже, – простонала она, – я думала, что уже все.
– Еще нет. – Роф, казалось, не был удивлен. – Мы не закончили.
***
айЭм стоял у плиты на кухне, когда почувствовал присутствие брата. Ему даже не нужно было отворачиваться от кастрюли с рагу, которое он готовил: воздух в комнате изменился… и не в лучшую сторону.
И Трез был не один. Он знал это не потому, что уловил запах Селены… а потому, что уловил запах брата.
Связующий запах. Помешивая, айЭм выругался про себя. Блеск.
Черт, он надеялся, что секс между этими двумя был результатом бушевавших в доме гормонов и жажды.
Великолепная теория. Да только у Теней иммунитет к этой хрени.
– Ты не должна была его обслуживать, – пробормотал айЭм, добавляя еще морской соли в рагу.
– Следи за своим тоном.
айЭм развернулся и уставился на придурка.
– У меня предложение. Как насчет того, чтобы ты – в кои-то веки – принял верное решение по поводу женщины. Тогда мне не придется истерить.
Избранная, стоявшая рядом с Трезом, вздернула подбородок.
– Если тебе хочется обвинять кого-то, то не его. Я сама решила пойти к нему, хотя ты просил о другой.
айЭм повернулся назад к своей кастрюле.
– Отлично. Мои поздравления и добро пожаловать в семью.
Его брат материализовался прямо за ним, развернул его и схватил за горло.
– Извинись перед ней…
айЭм уклонился от железной хватки, обнажая клыки.
– Трез, катись к дьяволу.
– Войны захотел? – прорычал брат. – Ты хочешь гребаной…
– Сделай это. Рискни…
– Не дави на меня…
– Я пытаюсь спасти твою задницу! Ты, хренов…
Они уже было кинулись друг на друга, устраивая потасовку аналогичную той, что была прошлой ночью у Рофа, как Избранная подошла к ним и спокойно заговорила:
– Он рассказал мне. Все. И я поражена тем, что вы оказались одни в такой ситуации. Может Последняя Трапеза лучше драки, вы так не думаете?
айЭм повернул голову одновременно с Трезом.
Поскольку они оба уставились на совершенно спокойную и сдержанную Избранную, Трез сделал немыслимую вещь – опустил кулак. Отошел. Скрестил руки у себя на груди.
Внутри он все еще кипел от ярости, но призыв «к ноге» был выполнен с такой легкостью, что стоило бы задуматься, вероятно, эта связующая хрень могла оказаться полезной… до некоторой степени.
айЭм пристально посмотрел на брата.
– Не знаю, что и сказать.
– Селена, дашь нам секунду?
Избранная кивнула.
– Быть может, я просто вернусь на север. И предоставлю вам достаточно места.
Трез нахмурился.
– Ты не должна уходить.
Селена перевела взгляд с одного на другого.
– Вообще-то, думаю, что должна. Ты знаешь, где меня искать… и прошу, не разорвите друг друга на части. От этого станет только хуже.
айЭм приготовился к тошнотворным прощаниям, но женщина и тут удивила его, слегка поклонившись и исчезнув. Без ссоры, без возражения.
Черт, она ему почти понравилась. Не будь он так зол на своего бестолкового брата…
– Я хочу встретиться с с’Эксом. Сегодня.
айЭм тоже скрестил руки на груди и прислонился к плите.
