– Тебя обещали другой, когда ты не мог решать за себя... воистину, кажется, они никогда не спрашивали твоего мнения. Поэтому если ты не оправдаешь ожиданий, и возникнут какие-либо последствия? Они выпадут на долю родителей, а не на твою. Это имеет к тебе отношение и при этом не зависит от тебя.
– Боже...
Когда он не ответил, она нахмурилась.
– Прости, я не хотела дерзить.
– Это не так. Ты... идеальна.
– Едва ли.
– Я хочу сделать кое-что для тебя.
Она замерла.
– Что?
Потому что у нее были кое-какие мысли.
– Кое-что стоящее.
Она перевела взгляд на меховой ковер, на который ее уложили. О, это было бы стоящим...
– Но я ничего не делаю.
Селена вздохнула.
– Твоего присутствия достаточно.
Трэз положил на ее руки свои и потянул ее вперед так, что она легла на его спину.
Удерживая ее, он прижался головой к ее голове.
Он сделал вдох, его огромный торс расширился, и она на мгновение оторвалась от пола.
– Спасибо, – сказал он осипшим голосом.
– Я ничего не сделала.
– Благодаря тебе я не чувствую себя злом. А сегодня ночью – это все.
– О, но ты никогда не был злым, – прошептала она, прижавшись к его щеке в поцелуе. – Только ни ты, никогда.
Закрывая глаза, Селена держалась за него, поняв, что связана с ним душой. Настолько, что она не знала, как оставить его. Не просто сегодня ночью, но... до того момента, пока судьба не предъявит свои права на нее.
– Ты ела? – спросил он немного погодя.
– На самом деле... нет. – Ее живот заурчал. – И я умираю с голоду.
– Давай спустимся вниз. Мой брат делает свой фирменный соус... или, по крайней мере, мне так показалось. Он всегда его готовит, когда у меня мигрени.
Селена разжала хватку и собралась сесть...
Ее спина без предупреждения воспротивилась, позвоночник заклинило. Трэз, с другой стороны, встал без проблем... и когда он протянул ей руку, она могла лишь смотреть на ладонь.
Когда на его красивом лице отразилось смятение, она решила, что может и принять помощь. В настоящий момент она не могла оторваться от пола сама.
– Медленно, – сказала она хрипло. – Хорошо?
Трэз нахмурился, но нежно поднял ее на ноги.
– Ты в порядке?
Она выиграла немного времени, тщательно завязывая мантию. Но ее суставы тем временем кричали, особенно бедра и спина.
Заставив себя улыбнуться, она пыталась сильно не пугаться. Но именно так все начиналось для ее сестер. Для всех.
– Идем? – спросила она уверенно.
Миндалевидные глаза Трэза сузились еще сильнее. Но потом он пожал плечами.
– Да, конечно. Я только накину что-нибудь.
– Я подожду в коридоре.
Ведомая только силой воли, она смогла пересечь спальню и выйти в коридор. Закрыв за собой дверь, она уже задыхалась...
Ее тело мгновенно ощутило внутренний прилив невероятных сил. И это могло значить лишь одно: у кого-то началась жажда.
Королева? – подумала она изумленно, посмотрев на укрепленную дверь, ведущую в покои Первой Семьи.
Судьбоносный момент.
Прислонившись к стене, она вспомнила, как массировала плечи Трэза, жалея, что не было аналога подобного расслабления для ее тела. Ничего. Лекарства, замедляющие болезни.
Невозможно сказать, сколько ей осталось.
Бэт не оставалось ничего кроме как сдаться на милость неистовым потребностям своего тела. И единственная передышка? Каждый раз, как Роф кончал в нее, приходило недолгое облегчение – прежде чем мучительная потребность снова начинала свое восхождение.
– Возьми мою вену, – грубо сказал Роф. – Возьми ее…
Она даже не знала, в какой позе лежит, на спине или на животе, в какой комнате находится, который был час. Но в тот момент, когда его горло приблизилось к ее рту, Бэт полностью сосредоточилась на укусе: ее клыки удлинились, и она воспользовалась ими, яростно вонзаясь в плоть Рофа, разрывая кожу, глубоко впиваясь и удовлетворяя вторую свою потребность.
О, его сила. Когда ее рот наполнился, Бэт в который раз поразилась, каким невероятным образом влияла на нее кровь Рофа. Она слабела, а жажда набирала обороты, все тело ломило, как будто она побывала под прессом. Хотя ее силы вернулись уже после первого глотка, надо было продолжать пить… и не похоже, что у нее был выбор.
Вынужденная оставить вену, чтобы втянуть немного воздуха, Бэт не могла поверить, что напрашивалась на это. Она, должно быть, рехнулась, какая-то глупая романтичная мечта иметь ребенка заслонила собой суровую реальность.
Когда Бэт снова припала к горлу Рофа, он как-то умудрился и дальше вколачиваться в нее. Пока она брала его вену, его эрекция погружалась до упора и резко отступала, толчки отдавались во всем ее теле, ее голова качалась вверх и вниз, а бедра принимали его вес. Скользкие от пота, их тела двигались вместе в каком-то непрерывном единстве, она не знала, где кончается она и начинается он.
Резкое изменение темпа сказало ей, что он приблизился к очередному оргазму, что и ей надо бы…
Роф откинул голову назад, и ее клыки распороли его шею, но ему, казалось, было все равно.
Он даже не заметил этого.
