«Черт, да. Она хотела сражаться с лессерами, и я вроде как был не против... пока до меня не дошло, что ее могли ранить». Он покрутил рукой у виска. «Я совсем слетел с катушек. В смысле, для мужчин, женщина – это твоя собственность, не думаю, что вы цените такой подход. Когда дело касается Хекс, я буквально не способен контролировать свои чувства, мысли, действия, особенно когда доходит до ее безопасности. Смахивает на психоз».
Когда Бэт не ответила, он прикоснулся к ее руке, словно убеждаясь, что она слушает его. «Напоминает ваши с Рофом проблемы. Да, ты можешь говорить «все дело в ребенке», но учитывая смертность на родильном ложе? В мыслях Рофа речь идет о твоем выживании... и его он выберет вместо сына или дочери».
Господи, называйте ее стервой... но, на самом деле, она не хотела слышать позицию Рофа.
Особенно когда все подавалось столь рационально... предполагая, что ее мужчина чувствовал именно это.
Ей все еще было очень больно, она была по-прежнему зла.
– Окей, хорошо, может, так и было. Но позволь задать тебе вопрос... ты откажешь Хекс в ребенке, если она захочет его? – Когда он не ответил, Бэт продолжила: – Вот видишь. Нет, не откажешь.
«Технически, не ответил же».
– У тебя все на лице написано.
«Да, но мне легче вести себя в духе «ну ладно, я не против»... потому что она не хочет ребенка. Может, в противоположном случае я бы чувствовал себя иначе. Но риски настоящие, а медицина способна не на многое».
– И все равно. Мое тело, мне решать.
«Но ты для него важнее всего. Поэтому он имеет право голоса».
– Голосование – это одно. Королевское вето – совершенно другое. – Она покачала головой. – К тому же, ты способен разграничить положение связанного мужчины? Значит и он должен. Ему не сойдет с рук все только потому, что он Король. – Когда слова их спора снова всплыли в памяти, ее затошнило. – Он решил накачать меня. Словно я какое-то животное. Я просто... не знаю, смогу ли забыть это.
«Может, тебе стоит взять перерыв? Ну... уехать на время, пока не успокоишься? Потом вернешься, и вы все обсудите».
Она положила руку на живот, и, оценив жировую прослойку, появившуюся недавно, почувствовала себя такой дурой за все те ночи, что просидела с Лейлой, уплетая мороженое. Она ни на йоту не приблизилась к жажде... когда бы она ни пришла, это, очевидно, произойдет по расписанию. Все, чего она добилась – тесных брюк и размолвки с мужем.
Словами Доктора Фила – как вам это помогло?
Отлично, Фил. Просто превосходно.
Черт, может, ей стоит чаще смотреть канал Опры57? Там повторяли передачи с Доктором Филом в пять утра, каждый день с понедельника по пятницу. Он наверняка снимал выпуск о парах, которые не сходились по поводу детей.
«Почему бы тебе не поехать в дом нашего отца?», показал Джон знаками.
Она вспомнила об особняке.
– Ну уж нет. Я даже думать не хочу о том месте.
Воспоминания о ней и Рофе в самом начале больно ударили.... особенно об их первом официальном свидании. Боже, тогда все было так идеально, они так легко влюбились друг в друга. Роф пригласил ее в дом, надел костюм от «Брукс Бразерс»58 впервые за все время, что они вместе. Они сидели за столом, в столовой, и Фритц обслуживал их.
Тогда Роф сказал ей, что на вкус она как...
Со стоном она спрятала лицо в руках и попыталась дышать спокойнее. Не помогло. Казалось, мозг охватил ментальный эквивалент аритмии, мысли и воспоминания о счастливом прошлом и беспокойство за мрачное будущее смешались в один скачущий, дергающийся беспорядок.
Одно ей известно наверняка.
Джон был прав. Она пока не могла вернуться домой. Увидев Рофа, она сразу налетит на него, а это ни к чему не приведет.
Видит Бог, один раз они уже «поговорили», от повтора все станет только хуже.
– Окей, – услышала она свой ответ. – Хорошо. Но сначала мне нужно поесть.
«Тогда решено», показал Джон знаками.
Приняв форму перед клиникой вампирской расы, Роф почувствовал, что позади него материализовался Вишес... и возмутился от необходимости таскать с собой няньку. Но, по крайней мере, медицинские знания Ви могут пригодиться.
– Пятнадцать футов вперед, – сказал его брат. – Сначала четыре фута чистого асфальта, потом покрытая снегом земля.
Сделав один шаг, Роф почувствовал жесткий асфальт. На следующем шаге его ботинки ступили на снег.
Не было возможности взять с собой Джорджа. Слепота – едва ли хорошее качество для правителя и в мирные времена.
Но в период войны? Критическая уязвимость... и ничто не сообщит об этом лучше пса-поводыря из «Зрячего Глаза»59.
Естественно, ретривер был в ярости от того, что его оставили дома... Бэт и так была на него чертовски зла, пришлось также остудить пса. Следующие по списку? Братство. Хотя, эту компанию упертых ублюдков способна отдалить лишь ядерная бомба.
– Стой, – сказал Ви.
Роф замер, стиснув при этом зубы. Но лучше так, чем вписаться в стену.
Повисла пауза, в течение которой Ви ввел код, который менялся каждый вечер, а потом они вошли в небольшой вестибюль, и фирменный запах больничного антисептика подтвердил, что они в нужном месте.
