Кингсли услышал веселье в голосе Сорена. Он любил акцентировать многочисленные недостатки Кингсли - для Сорена Кингсли был пустой тратой времени. Он был слишком французом, не католиком, слишком сексуально-помешанным, недостаточно прилежным, недостаточно покорным, и, безусловно, ниже Сорена во всех смыслах - физически, морально и онтологически. Учитывая, что Сорен говорил подобные жестокие пустяки, когда они были наедине друг с другом, целуясь, лаская и трахая, Кингсли гадал действительно ли Сорен имел в виду их. Иногда у Кингсли возникало отчетливое ощущение, что он нравится Сорену. Он оплатил путешествие Мари-Лауры в Америку. Если это была не любовь, или, по крайней мере, влечение, тогда что это было?
- Тебе это может не понравиться, - ответил Кингсли. - Но я попробую.
Кингсли сел рядом с Сореном, лицом к нему. Сорен повернул голову и молча смотрел на него. Несомненно, Сорен ждал, что Кингсли прикоснется к одной из интимных частей его тела. Что Кингсли и сделал.
Он протянул руку и коснулся лица Сорена. От шока или удивления, Сорен отпрянул на дюйм. Кингсли подождал, снова протянул руку и прижал кончики пальцев к его щеке.
- Ты слишком бледный, - сказал Кингсли. - Каждый раз, когда я прикасаюсь к тебе, мне кажется, что твоя кожа будет холодной, как камень.
- В Мэне непросто загореть, - ответил Сорен. - Еще какие-нибудь жалобы на мою внешность?
- Твои ресницы слишком темные. - Кингсли провел подушечкой большого пальца по кончикам ресниц Сорена. - Из-за них мне трудно сконцентрироваться, когда я рядом с тобой.
- Я не приму мои ресницы в качестве оправдания за твое плохое поведение.
- Тогда тебе придется и дальше наказывать меня за него.
- Я намерен это сделать.
Кингсли наклонился вперед, обернул руки вокруг плеч Сорена и поцеловал его. Сорен ответил на поцелуй с удивительной нежностью и лаской. Обычно поцелуи Сорена оставляли синяки, которые Кингсли любил. Но и этот ему тоже нравился, руки Сорена на его обнаженной спине, и соединенные губы, их переплетающиеся языки... А потом, поскольку поцелуй был слишком идеальным, Кингсли испортил его смехом.
Сорен отстранился и уставился на него.
- Прости, - сказал Кингсли. - Никогда не думал...
- Никогда не думал о чем? - спросил Сорен.
- Никогда не думал, что буду целоваться с тобой на заднем сиденье машины. Мы можем сходить в кино сегодня вечером?
Сорен пристально смотрел на него.
- Оденься.
- Не останавливайся. Мы почти добрались до второй базы, - ответил Кингсли, продолжая смеяться. Он даже не переставал смеяться, когда Сорен толкнул его на пол машины.
- Мы должны остановиться, - сказал Сорен, из его глаз исчезло веселье. - Мы приехали.
Кингсли вскарабкался на сиденье и натянул футболку и жакет. Он провел рукой по волосам и поправил одежду.
- Что собираешься делать? - Кингсли заметил, как плотно сжался рот Сорена, как напряглась его челюсть.
- Молиться, чтобы Бог дал возможность говорить, - ответил он. - Надеюсь, она здесь.
- Разве Элизабет не сказала, что новая жена должна быть дома?
- Я говорил не о жене. Я говорил о сестре, ребенке. Клэр.
- Ты говорил ей три, oui? Она не младенцем, она дошкольник.
- Когда ты стал экспертом в развитии детей?
- Я не эксперт, но даже я знаю разницу между младенцем и дошкольником. - Фыркнул Кингсли, и Сорен прищурился на него. Может, в конце концов, его сегодня выпорят.
- Как твоя сестра узнала о новой жене?
- Ее мать наняла кого-то присматривать за активами отца. Элизабет держала меня в курсе. Мы знали, что он женился. До недавнего времени мы не знали, что у него родился еще один ребенок.
- Зачем ему держать это в тайне?
- Потому что он знает, что мы с Элизабет могли бы сделать нечто подобное.
Машина свернула на длинную, усаженную деревьями дорогу, и впереди показался большой особняк в английском стиле.
- И это все? - спросил Кингсли.
Сорен тупо уставился в окно, затем кивнул головой.
- Это замок, - продолжил Кингсли. - Ты вырос в замке.
- Это дом.
- Это чертовски огромный дом. - Великолепный, захватывающий дух, великолепный и внушительный. В отличие от Сорена.
- Я ненавижу его.
Кингсли вздохнул. Сорен рассказывал ему о жизни в этом доме.
- Я не виню тебя, mon ami.
Машина катилась по длинной подъездной дороге. Кингсли ощутил напряжение Сорена, как только они приблизились к дому.
- Что я могу сделать? - спросил Кингсли. - Чтобы помочь тебе, я имею в виду.
- Оставайся в машине. Если мне понадобится, чтобы ты подтвердил мою личность, я приду за тобой.
Машина остановилась в конце подъездной дорожки. Водитель вышел из машины и открыл дверь для Сорена. Поток холодного воздуха ударил в лицо Кингсли. Скоро пойдет снег. Кингсли надеялся на снег. Тогда он и Сорен снимут номер в отеле, может останутся там на несколько дней...
- Эй, - обратился Кингсли, и Сорен повернулся. - Могу я познакомиться с твоей сестрой?
- Клэр еще нет и трех лет. Если хочешь пофлиртовать с моей сестрой, нам стоит поехать к Элизабет.
