Втиснувшись между густой плотной стеной лиан, свисавших с высокого дерева, и своими противниками Нартанг пошел в атаку. Черный бездонный, пылающий кровожадной ненавистью глаз, блеск вороненой стали остроконечных пластин доспехов и свист меча, регулярно сменяющийся неприятными и пугающими тупыми ударами и булькающими звуками – вот, что последним видели и слышали лесные воины, отправленные по следам странного чужака, которого вождь их племени не пожелал отпустить с миром. На место только что убитых подбегали немного отставшие, но Нартанг уже даже и не считал их – он просто шел вперед и убивал – быстро, четко, хладнокровно, стараясь сразить одним ударом. Трое последних кауров, преследовавших воина, опешили, когда выбежали на небольшую поляну, где Нартанг встретил предыдущих их соплеменников – их было пятеро и они полегли все, как один, хотя буквально миг назад промелькнули перед ними, догоняя «добычу». Воин шагнул навстречу последним врагам молча и неотвратимо. Двое попятились, а один замешкался, слишком медленно наставляя копье на приближающегося… Непростительно медленно… Нартанг не хотел отпускать двоих, бросившихся прочь от него – в одного он метнул свой меч; за вторым побежал уже безоружный, охваченный неодолимой жаждой убийства, толкающей уничтожить врагов любой ценой.
Последний из посланных вдогонку воина каур слышал всё приближающегося врага и обернулся, вспомнив о знаменитой истории своего народа, решив встретить смерть, как мужчина – встретить смерть, потому что и не думал победить того, кто через миг предстал перед ним.
Перехватив направленное в него копье, Нартанг быстро перевернул его в руках и заколол последнего каура, недовольно нанеся повторный удар, чтобы тот побыстрее затих, чтобы он мог прислушаться к звукам леса. В отдалении хрипел умирающий конь, второй вороной тревожно ржал рядом, привязанный к седлу погибающего товарища. Больше никаких звуков он не услышал. Нартанг забрал себе копье, взял у убитого нож, пошел к предпоследнему – вытащил из тела свой меч, потом взял меч убитого – сравнил их, бросил меч каура в сторону – сталь Тира была лучше. Быстро забрав у поверженных врагов все, что ему приглянулось воин подошел к лошадям, посмотрел на бьющегося вороного и добил его, перерезав горло. Сплюнул на землю, проклиная лесных дикарей, и утвердил свое импровизированное седло на второго, пятящегося от него коня со сбитой спиной.
– Стоять! – рыкнул на него воин, но это лишь еще больше испугало и озлобило животное. Нартанг сильно рванул повод, заставляя коня низко нагнуть голову, наступил на него ногой, – Стоять, скотина тупая! Не будешь слушать – кончишь, как приятель!
Нартанг поскакал дальше, не обращая внимания на мотающего головой и иногда норовящего скинуть его коня, охаживая несчастного зверя выломанной веткой.
Тропинка привела его к реке. Воин с жадность напился из нее, дал попить коню и вновь погнал его в намеченном направлении, инстинктивно проехав некоторое расстояние по воде, чтобы хоть как-то сбить со следа случайную погоню. Из реки он также выехал на тоненькую тропку, которая привела его к очередному городу лесного народа. На удивление Нартанг не обнаружил никаких постов кауров, что и сбило его с толку, позволив подойти к замершему обиталищу. Кругом стояла необыкновенная тишина, словно весь народ в округе в один миг исчез. Не было ни молчаливых остроухих собак, ни галдящей детворы, ни спокойных и достойных женщин, ни могучих лесных бойцов – никого. Воин подъехал к дому вождя, легко угадав его.
Никого.
Нартанг привязал коня и зашел в жилище предводителя вымершего племени. Видимо, как и все у племен куаров, в доме было все подобно недавно покинутому крову Кидор-Гай-Тора. Воин легко нашел кухню – очаг еще помнил тепло и не успел до конца остыть – отсюда ушли этим днем. Но куда могло сорваться целое племя со стариками, детьми, животными? Не было ни следов поспешного бегства ни следов борьбы – в доме не осталось никаких личных вещей, оружия или еды, на что так надеялся воин. Все говорило о том, что с утра все аккуратно увязали необходимое и покинули родное поселение. Обследовав еще пару домов, где все говорило о таком же уходе их хозяев, Нартанг сел на коня. Загадка немного обескуражила его – он не мог найти подходящего повода такого поведения целого племени. Нартанг объехал округу, рассматривая следы – раз племя ушло сегодня должно было остаться много следов – нагруженные люди и животные всегда оставляют следы. Но следов не было!