– Кауры! – громко позвал он, и на его зов начали собираться люди со всего города, передавая соседям призыв предводителя, – Кауры! – повторил Каймен-Дор-Воир, – Сейчас свершиться суд богов! – при этих словах народ стал собираться еще поспешней, вскоре вся площадь была черна от толпы, – Чужеземец, пришедший с вождем всадников пустыни, убил наших сынов! – вождь поднял руку, усмиряя недовольный гул голосов, – Он говорит, что убил их в честном бою! Одним из них был всем известный Кард! – при этих словах недовольство в народе достигло высшей точки, толпа напирала на сжавшихся в кучку стражников, сплоченным кольцом оберегавших своего повелителя, – Сейчас боги рассудят! Кто из воинов хочет отстоять честь нашего народа перед иноземцами?
При его словах все мужчины протеснились к небольшому образовавшемуся перед крыльцом кругу. В их числе были и закаленные мужчины, и совсем еще юноши и украшенные сединами ветераны. Каймен-Дор-Воир сам выбрал пятерых – все они были могучими воинами в расцвете сил. Нартанг невольно сжал рукоять возвращенного ему Вайгалом меча – сейчас он узнает, вернулась ли к нему вся сила – как он ни кичился, но все же жестокие побои дали о себе знать, высушив отлежками былую силу и гибкость мышц, так и не вернувшуюся в жаркой пустыне; а проведенные поединки невольно расслабили – он очень давно не выходил один против нескольких…
– Вы пятеро и ты, – ткнул вождь в Нартанга, – Выходите в круг. Суд богов да свершиться! Будьте сильны, дети мои, – обратился он к своим воинам, – А ты чужеземец, моли своих богов, потому что теперь тебе уже не застать врасплох моих воинов!
– Удача со мной! – оскалился Нартанг и, вытащив меч и отстегнув ножны, вошел в образовавшийся круг, – Но только начнем по моему слову, – попросил он.
– Вы начнете, когда скажу я! – властно возразил вождь.
Нартанг прогнал из головы все мысли, немного согнулся и перестал различать лица людей – лишь сталь, сверкавшую в руках обступивших его кауров, – «Начинайте!» – сквозь пелену донесся до него голос Каймен-Дор-Воира – как всегда в моменты «боевого откровения», мир вокруг него перестал быть, сузившись до круга, образованного пятью врагами; время поплыло медленно, делая замедленными и размазанными движения противников, давая ему большую фору. Нартанг присел и крутанулся сам, вкладывая во вращение меча всю силу – он должен был отбить оружие пятерых могучих кауров. Двое из противников не успели среагировать на быстрые действия чужеземца, трое наоборот с готовностью бросились в атаку, которая тут же была отбита свистящим двуручным мечом. Едва удержав еще непривычную рукоять тяжелого меча, отбившего тяжелый напор троих могучих воинов, Нартанг не останавливаясь, сделал выпад, вогнав острие в открывшийся на мгновение бок промедлившего немного каура, тут же повернувшись к нему спиной – на миг обеспечив себе прикрытие – получивший удар упал, как подкошенный – меч воина безошибочно определил самое уязвимое и болезненное место. Сталь оружия второго не сразу напавшего на него каура, летящая в незащищенную шею Нартанга, лязгнула, встретившись со сталью его меча, и отлетела далеко в сторону, покинув руки владельца. Нартанг с силой пнул безоружного, откинув из круга – добивать его он уже не успевал – откинутые первым его выпадом трое кауров, вновь шли в атаку. Три коротких широких меча слаженно летели с разных сторон в разные более уязвимые части тела воина;
Нартанг сместился еще на шаг, уходя от одного удара и отбивая два других, в конце своего движения оставляя без руки не встретившего ни воина ни сопротивления в ожидаемом месте каура, так же пинком отправляя его в толпу.
Однако, в тот момент, когда Нартанг уже намеривался вздохнуть спокойней, к оставшимся двум врагам вернулся обезоруженный им миг назад третий, вернув себе предавшее в бою оружие. Не дав себе послабления, король Данерата сам атаковал вернувшегося противника, без труда сломав блок и сделав смертельный выпад в левую глазницу, тут же занимая место падающего на землю уже мертвого врага, чтобы закрыться от двух оставшихся. Уже не беспокоясь за свою победу, воин решил немного поиграть на нервах зрителей, вспоминая учение своего наставника. Он начал «танец» в лучших традициях Данерата: открываясь противнику, он уже почти пропускал смертельный удар, но потом в последний момент уходил от смерти одним легким движением; он нападал сам, но немного не доводил атаки и она растворялась в вполне сносных блоках кауров. Наконец, натешившись всласть, Нартанг заставил своих противников, все время пытающихся взять его с разных сторон «в клещи», встать рядом друг с другом, и, отбив их блоки, одним ударом, неожиданно не дав своему мечу описать положенную дугу, протянул его обратно, оставив по глубокой полосе чуть выше бровей врагов. Оба тут же повалились на землю. Но одному из них повезло больше, чем другому – каур, принявший удар первым, свалился с разрубленным черепом, второй – лишь оглушенный ударом – сталь рассекла плоть до кости, но у него еще был шанс выжить, если суметь унять хлеставшую кровь.
