Волчонок также смотрел в глаза мальчику. Зверь медленно подходил всё ближе и ближе к орку, сохраняя при этом недоверчивый вид. Как только он добрался носом до пальцев мальчика, то он обнюхал их вдоль и поперёк, после чего он даже облизал руку Райсенкарда. Мальчик улыбнулся, погладил волка и повернулся к отцу и брату. Но отец был всё также холоден, хоть на самом деле и был рад за сына.
— Твой черёд, — сказал вождь Одокару.
Одокар вышел вперёд, к выбранному им же серому волку, который казался куда спокойнее того чёрного. Проделав всё то же самое, что и Райсенкард, только быстрее и легче, Одокар также погладил волчонка, посмотрев на отца и брата.
— Идём. И волков берите с собой, — приказал Гулзур. — Будете кормить их сами.
Мальчики кивнули, понимая, что это полностью их ответственность. Иметь ездового волка уже большая честь. Правда, зверю предстоит ещё вырасти, прежде чем его будут использовать по назначению.
Договорившись с грола Музкорга о строительстве дома в пределах крепости, Гримбаш собирался в обратный путь: его ждал отец. Прошло четыре недели, за которые муж и жена побыли вместе. Однако Зафика не могла ехать вместе с возлюбленным, так как ей нужно было помочь родителям.
Выйдя за порог дома, Гримбаш глубоко выдохнул. Жизнь, где он не был старшим сыном вождя и главным претендентом на место главы крепости — ему нравилась больше. Несмотря на воинственную культуру арокандов, Гримбаш, прошедший две войны, вовсе не жаждал битвы. Да, он был пожалуй самым умелым воином в Гойране и за его пределами. Но он не грезил жаждой власти, да и к Кодексу он относился нейтрально. Всё это несколько не нравилось вождю Гулзуру, понимая, что его миролюбивые взгляды на мир неприемлемы в мире орков. Таково их общество. Но старший сын вождя был самым упёртым и свободолюбивым среди остальных: сколько раз Гулзур пытался убедить Гримбаша, столько же раз потерпел неудачу.
Гримбаш осмотрелся вокруг. Пустая площадка в районе свободного пространства крепости, где уже через несколько месяцев будет стоять их с Зафикой домик. Ему не нужны были просторные залы, словно в длинном доме. Нет, ароканду хватило бы скромного, но уютного очага, где будут царить спокойствие и гармония.
Сама же Зафика поддерживала мужа в этом начинании. Сначала она удивилась такому решению, указывая мужу на его принадлежность к клану. Но потом девушка поняла, что возможно такая жизнь к лучшему: вожди и их сыновья чаще всего умирают не естественной смертью, навязанной Кодексом.
Девушка подошла к мужу и обняла его сзади. Учитывая разницу в росте, она прижалась головой к его спине.
— Будь осторожнее тут, жена. Мало ли что может случиться, — Гримбаш беспокоился за жену.
Девушка улыбнулась, после чего ответила мужу, подмигнув.
— Я тут выросла, муж. Я знаю эти места куда лучше тебя. Всё будет хорошо.
Гримбаш кивнул, немного призадумавшись. Его жена походу совсем не имеет страха.
— Осматриваешь место для нашего будущего домика? — спросила Зафика.
— Да, я представляю каким он будет. Вот здесь будет стоять забор, здесь калитка, вот тут дверь. А в самом доме обязательно будет круглый стол в центре, три или четыре кровати возле печи, — перечислял Гримбаш, показывая пальцем туда, где будут стоять эти вещи. Девушка слушала его, не перебивая. Но после всего этого ей нужно было добавить кое-что своё.
— А вот здесь будет мой небольшой сад. Я буду заниматься цветами и деревьями, — добавила Зафика.
— Как скажешь, — согласился Гримбаш, приобняв девушку.
Молодые ароканды стояли и общались обо всём на фоне пустой площадки. Пока они говорили, солнце уже приближалось к горизонту. Ещё один вечер они проведут вместе, прежде чем сын вождя вернётся в Гойран. Ещё одну ночь.
Немаловажную часть в жизни арокандов занимала охота. Да, среди орков было немало охотников, наряду с горняками, ремесленниками, фермерами и воинами. Однако орков называют «зелёными охотниками», и не без причины. Рацион арокандов состоит из мяса — это их любимое лакомство. Чтобы вкусно поесть, нужно сначала мясо добыть, в особенности сейчас, когда конец лета приближает сезон сбора урожая.
Гойран располагается в холмистой местности, изобилующей различной живностью, поэтому местные орки не испытывали недостатка в еде.
Райсенкард никогда в жизни не охотился — он даже не покидал пределы города. Однажды, забравшись на крепостную стену, он увидел зелёные просторы свысока. С тех пор его тяга к приключениям только усилилась. Ему хотелось увидеть мир за пределами его крепости, в которой он родился и в которой, и казалось проведёт всю жизнь. Эта мысль не приводила его в восторг. Однако уже сегодня он решил изменить свою судьбу.
На портовом рынке Райсенкард встретился со своим другом из обычной семьи охотников — Айта́рогом, который был его сверстником. Юные ароканды договорились сбежать из города и обсуждали свои дальнейшие действия.
— Так, мы добрались до рынка, а что дальше? — спросил Райсенкард, намекая на свою растерянность. Нужно было действовать быстро, пока их не поймали.